— Хорошо, любимый! — воскликнула Исамар.
Она порывисто подскочила к мужу и обняла его.
— Я рассматриваю это, как доверие ко мне, — прошептала молодая женщина. — Ревность хороша, она показывает, что ты меня любишь. Но о еще большей любви говорит доверие!
Алехандро нежно поцеловал жену, но потом отстранился.
— И все-таки непонятно, к чему объявление, — принялся рассуждать он.
— Перестань, умоляю тебя! — притопнула ножкой Исамар. — Твое воображение рисует сеньора де Кальсадо этаким развратником и охотником за женскими прелестями. Мне же представляется, что у него мало знакомых, кто бы мог подойти для этой работы. В жизни все проще, это тебе не фильмы и не детективные романы, где женщина устраивается на работу и сразу попадает в лапы гнусного преступника.
Алехандро промолчал. Он вдруг вспомнил об отце и о прошлом. Тень омрачила его лицо.
Исамар заметила перемену настроения мужа и смутилась.
— Ах, извини, любимый, я не хотела напоминать тебе о том, что одинаково неприятно для нас обоих! взмолилась она.
— Ничего, любимая, ничего, — Алехандро погладил жену по руке. — Главное, что все позади. Мы с тобой живем честно, Гильермо, насколько я помню, — тоже. У нас есть Кике, и я верю, что у нас будут собственные дети… Кстати, как там этот несносный писатель?
— Кике? — переспросила Исамар. — Забыла тебе сказать. Он же звонил сегодня! Сказал, что доехал прекрасно и устроился прекрасно. Все опасения оказались пустыми. Это действительно нормальный университет, там действительно преподают Хосе Лас Ривас и Мария Ламеда. Алехандро, перестань хмуриться! Ты бы мог подумать, что твой сын будет учиться у самого Лас Риваса?
Алехандро снова был недоволен.
— Все у него хорошо да прекрасно! — ворчливо заметил он. — Мог бы, по крайней мере, раньше позвонить. Видно не учится, а гуляет ночи напролет с девушками.
— Как раз и нет! — возразила Исамар. — Неужели я знаю твоего сына лучше тебя? Вспомни, он всегда был серьезным парнем. Таким я его услышала и по телефону. Говорит, что работает каждый вечер, поэтому позвонил только сегодня. Просил извиниться перед тобой.
Алехандро махнул рукой.
— Ладно! — сказал он. — Беру свои слова обратно. Как считаешь, видимо надо будет съездить к нему? — в руке Алехандро появилась маленькая записная книжка с календарем. — В ближайшие выходные не могу, буду занят… А в следующее воскресенье мы сможем с тобой совершить небольшое путешествие!
Исамар просияла.
— С радостью! — воскликнула молодая женщина. — Сегодня у нас понедельник? Отлично, через воскресенье съездим в Валенсию. Признаться, я уже здорово соскучилась по нашему Кике…
Она вдруг расплакалась.
— Алехандро, видишь, я только что назвала Кике нашим, — прошептала женщина, глядя на мужа большими глазами. — Ты не обиделся?
— Что с тобой? — изумился Алехандро. — Что ты такое несешь?
— Просто я ужасно хочу ребенка, — призналась Исамар. — И мне кажется, ты просто терпишь меня до поры до времени. Кому нужна жена, которая не может забеременеть?
— Перестань! — сурово оборвал ее мужчина. — У меня и в мыслях нет упрекать тебя! Да ведь это просто дикость какая-то!
Он привлек ее к себе и прошептал:
— Ну успокойся, малыш, успокойся. Не надо плакать… Я верю, что у нас все еще образуется…
Позвонила Виолетта.
— Привет, подружка! — сказала она. — Как там твой муженек поживает?
— Только что пришел с работы, — сообщила Исамар. — Я ему преподнесла новость…
— Преподнеси и мне!
— Я хочу попробовать устроиться на работу, — сказала Исамар.
— Вот как? — спросила подруга. — С чего это вдруг?
Исамар объяснила, как одиноко ей сидеть в доме, когда Кике в отъезде.
— Понимаешь, ведь он поступил и будет учиться весь год! — сказала Исамар. — Что мне делать, если не о ком заботиться?
— Ну хорошо, — донеслось из трубки. — Значит, ты идешь работать. Наверное, солидную фирму выбрал для тебя твой Алехандро…
— Вовсе нет, — возразила Исамар. — Я просто открыла газету и прочитала объявление. Завтра пойду и попробую устроиться. Представляешь — я все сделаю самостоятельно!
— Кстати, у меня тоже новость, — сказала Виолетта. — Ради того и звоню.
— Вот как?
— Да, представь себе…
— Хорошая или плохая?
— Такая хорошая, что и говорить страшно, — после непродолжительного молчания ответила подруга. — Дело в том… ты же помнишь, где работал Гильермо.