— Мне не объясняли подробностей, — стал рассказывать он. — Но сказали, что не все так чисто, как писали в газетах. Им не дает это покоя. — Мальдонадо наморщил лоб, словно припоминал сказанное дословно. — Сеньор Мальдонадо, обратились ко мне, оборвались жизни двоих граждан нашей страны, и вы должны помочь нам.
Вышло довольно похоже. На минуту Гильермо сам поверил, что слышал такую реплику.
Когда он посмотрел на начальника службы безопасности, тот снова напоминал кота.
— Мне кажется, молодой человек, вы нас дурачите, — неожиданно сурово сказал Коллья. — Попытка обчистить память нашего компьютера действительно имела место, она была произведена до вашего приема на работу, вы этого не знали. — Алонсо поднял брови. — Это доказывает, что вы действительно имели встречу с теми, кто рассказал о покушении на компьютер. И кто произвел это покушение. Ладно.
Алонсо Коллья достал сигару и не спеша раскурил ее. Пока шеф службы безопасности занимался сигарой, не было произнесено ни слова. Мальдонадо чувствовал, что его нервы превратились в туго натянутые струны.
— Но несчастный случай — я особо подчеркиваю, что это был несчастный случай! — с Домакесом и Пардо произошел потом. Что же их интересовало в памяти компьютера?
Мальдонадо вздохнул с облегчением. У него был подготовлен ответ.
— Мне сказали, что корпорацию подозревают в убийстве еще одного человека, — выпалил он. — Я запомнил имя. Серхио Альварес.
Коллья выпустил струю дыма, но промолчал. Подал голос Мийарес:
— Серхио Альварес? Действительно, такой работал у нас. Три года назад с ним произошла неприятно история, она нанесла некоторый урон чести нашей корпорации… — Мийарес вздохнул. — Серхио Альварес оказался одним из тех, на кого плохо действовали большие деньги, которые он зарабатывал у нас. Парень начал с дорогих ресторанов и девочек, увлекся наркотиками и закончил самоубийством. — Шеф корпорации пожал плечами, — перед смертью он не нашел ничего лучшего, как обвинить во всех грехах нас. Видите ли, мы его совратили! — Мийарес нервно рассмеялся, желая показать абсурдность версии АЛьвареса. — Мы ему платили не больше, чем вам, сеньор Мальдонадо. Мы вас совратили?
Гильермо покачал головой:
— Нет.
— Вот и я так думаю, — с облегчением подхватил Мийарес, — что все дело в человеке. Кого-то деньги совращают, кого-то — нет. Я предпочитаю собирать вокруг себя людей, которые относятся к деньгам здраво! Я предпочитаю семейных людей, образцовых мужей и отцов…
«Он снова развернул свою пропаганду, — с ненавистью подумал Гильермо. — Сейчас скажет что-то о том, что корпорация — большая семья…»
Но Мийарес замолк, вместо него заговорил Коллья:
— Сеньор Мальдонадо, меня все-таки настораживает одна деталь. Почему расследованием, как они считают, убийства Домакеса и Пардо занимаются люди из управления по борьбе с организованной преступностью? Этим должна заниматься полиция.
Гильермо задумался, что ответить, но его выручил Гуттиеррес, который вступил в разговор впервые:
— Видимо, все дело в больших деньгах, сеньор Коллья. Я так и вижу, как государственные чиновники завидуют таким фирмам, как наша. Если бы несчастный случай произошел в бедной организации, им бы занималась полиция…
— Или вообще никто не занимался, — закончил Гильермо. — Я благодарен сеньору Гуттиерресу, потому что хотел сказать то же самое.
— Хорошо, — было похоже, что начальника отдела безопасности удовлетворил общий ответ адвокатов. — Сеньор Мальдонадо, это все, что вам сказали?
— Да, — подтвердил Гильермо. — Это был короткий разговор. Я сразу отказался, они попросили меня позвонить. И все, разговор закончился.
— И вы сразу пришли, чтобы проинформировать нас? — спросил Мийарес.
— Как видите… — Гильермо пожал плечами. — Не думайте только, что я попрошу прибавку к зарплате. За молчание.
Жесткий взгляд со стороны Колльи. Настороженный вопрос Мийареса:
— Это намек?
— Нет. Как вы можете?…
Про себя Гильермо подумал: «А что? Это было бы неплохо — срубить какие-то деньги еще и с корпорации. Растешь, парень. Не кажется ли тебе, приятель, что это довольно нахально?»
— Вы поступили правильно, молодой человек, — вид Мийареса выражал полное удовлетворение. — И я от лица корпорации должен вас поблагодарить. Вы поняли, на кого работаете, и не предали семью.
Гильермо приуныл. «Снова о семье!» — мелькнула мысль.
Мийарес решил внести пояснения. «Это было бы оправдано, — рассудил он, — иначе этот Мальдонадо подумает, что у нас нелады с законом».