— Я в самом деле, как будто сплю, — ответила жена. — Раньше, когда мы ездили по этой дороге, я предпочитала не смотреть по сторонам. Кто знал, что мы здесь будем жить?
Их дом оказался весьма уютным одноэтажным строением. Бассейна не было, зато за домом оказался большой сад, что понравилось Виолетте.
— Бунгало! — объяснил Гильермо. — Станем жить, как в Африке!
— Я выкрашусь в черный цвет, и вся моя одежда ограничится набедренной повязкой и коралловым ожерельем на шее. Буду соблазнять тебя…
Муж странно посмотрел на нее.
— Знаешь что? — спросил он.
— Что? — переспросила Виолетта.
— Все принимаю, только не надо черного цвета! — признался Гильермо, и они одновременно рассмеялись.
Муж отпер дверь и посторонился.
— Честь первой пересечь порог предоставляю тебе! — торжественно заявил он.
— Противный. — игриво заметила Виолетта. — Сам-то. небось, уже побывал здесь!
— Нет! — замотал головой Гильермо. — Честное слово, решил прибыть сюда с тобой.
Женщина с замиранием сердца переступила порог нового жилища. Она ожидала увидеть голые стены, но комнаты оказались меблированы.
Виолетта ахнула.
— Такая дорогая мебель! Гильермо, все-таки, не ты ли ее купил?
Мальдонадо вошел следом за женой и остановился, пораженный.
— Ну и ну! — только и сказал он.
Виолетта меряла шагами ковер с толстым ворсом.
— Так уютно, что хочется снять туфли, — заметила она. — И еще кое-что…
Гильермо в одно мгновение оказался рядом с женой. Он заключил ее в объятия и принялся целовать.
— Прекрасное желание, как мне кажется. Погоди, я только запру дверь…
— Интересно, — проговорила Виолетта, дрожа от нетерпения. — Догадались твои доброжелатели, что нам в первую очередь понадобится постель?
Гильермо вернулся. Он заметил, что Виолетта уже успела скинуть туфли.
…На постель они наткнулись позже, когда стали осматривать подряд все комнаты. Пока же пришлось довольствоваться диваном, разложенным Мальдонадо. Впрочем, Виолетта осталась довольна.
Только насытившись, молодая женщина заметила на столе у дивана записку: «Мы рискнули обставить дом по нашему усмотрению, извините. Поздравляем с новосельем! Если мебель не понравится, можете продать ее, она ваша. Любящий вас Э. Гуттиеррес.»
— Ну вот, — воскликнула Виолетта. — И здесь корпорация!
Записка полетела на пол.
— Такое впечатление, что я не заметила всего руководства, которое стояло за твоей спиной и довольно усмехалось!
Гильермо развеселился, представив, как серьезные клерки в строгих костюмах толпятся возле них, пока они занимаются любовью.
— Не ворчи! — попросил он. — Ведь все прекрасно!
Жена застегнула верхнюю пуговку на кофточке.
— Теперь я готова. — объявила она. — Продолжим осмотр?
Через пятнадцать минут Виолетта, придя в совершенный восторг, сказала мужу:
— Я придумала, как окончательно доконать тебя. Я заведу собаку!
…Вскоре они перебрались в этот дом. Переезд не отнял многих усилий. Старую квартиру Гильермо и Виолетта решили оставить пока за собой: кто знает, что будет с ними, например, через год?
Глава 7
Исамар каждый день ходила на службу, где не столько работала (работы было действительно мало). сколько наблюдала за де Кальсадо. Она заметила, что в одном человеке словно уживаются два разных. Сеньор Арчибальдо до обеда был образцовым бизнесменом. К нему в это время приходили продавцы и покупатели, заключались сделки.
Но после обеда, когда посетителей не принимали, а в конторе шла работа над внутренней документацией, сеньор де Кальсадо менялся. Он появлялся из своего кабинета, и Исамар замечала следы только что совершенных возлияний: запах, слезящиеся глаза, неуверенные движения.
В довершение ко всему начальник начал строить ей глазки. Сначала изредка, потом все чаще и нахальней. Несколько раз Исамар даже позволяла себе обрывать его слишком призрачные комплименты. Правда, это происходило во второй половине дня. Женщина при этом знала, что начальник назавтра не подаст виду, что между ними что-то произошло.
Однажды, часа в четыре вечера. Арчибальдо попросил принести две чашки кофе. В кабинете он был один, и потому Исамар насторожилась. Но распоряжение нужно было выполнять, и потому она внесла поднос.
Де Кальсадо сидел на диване перед журнальным столиком, на котором, однако, не был ни одного документа.
— Дорогая Исамар! — начал сеньор Арчибальдо, после того, как женщина поставила полное на стол. — Прошу вас, присядьте рядом, и давайте выпьем вместе!