Арчибальдо снова повалился на диван.
— Мерзавец, — повторял Алехандро. — Ты еще хочешь драться со мной? Ты думаешь, что вправе давать мне сдачи?
Он отступил на шаг, наблюдая за шевелящимся противником.
— Я убью тебя! — завизжал де Кальсадо а бросился на Алехандро с ножом.
Тот отскочил. Де Кальсадо несколько раз махнул лезвием в сторону Алехандро.
— Да? — отозвался Мальдонадо. — Хочешь позабавиться? Ладно, валяй, только недолго!
Арчибальдо ухмыльнулся и стал приближаться к нему. «Черт, — подумал Алехандро. — Неужели он прирежет меня? Я бы мог выбить нож у него из рук, — принялся быстро рассуждать Мальдонадо. — И мог бы, вложив всю силу в один удар, сломать ему несколько ребер. Но это опасно, ведь я могу убить его…»
— Стой на месте, подонок, — прошипел он. — И спрячь нож.
Но пьяный негодяй продолжал наступать на архитектора. Алехандро следил за ножом в руке внимательным взглядом из-под полуопущенных век. Он решил бороться за свою жизнь до конца.
Де Кальсадо тем временем очень медленно подходил к нему. Нервным движением он перебросил нож из правой руки в левую и обратно.
Мальдонадо на мгновение расслабился, но потом, как только мерзавец приблизился настолько, что его стало возможно достать, резко махнул ногой. Он целился в правую руку, но де Кальсадо опять перебросил нож. Таким образом, ботинок Алехандро ударил Арчибальдо по пустой ладони.
Де Кальсадо взревел от ярости и сделал резкий выпад левой рукой, махнув ножом у бедра Мальдонадо. Тот вскрикнул и схватился за бедро. Но порезанными оказались только брюки, нога осталась цела.
Арчибальдо в это время отвел руку с ножом в сторону и махнул ей. Мальдонадо отскочил, и нападавший замычал от досады.
Внезапно нога Арчибальдо лопала на осколок бутылки на полу и поехала в сторону. Де Кальсадо неловко взмахнул руками и стал падать на спину.
Алехандро видел все, словно в замедленном кино. Заваливаясь назад, де Кальсадо опустил руки, чтобы смягчить падение. На руки он и приземлился, но локти под тяжестью тела подогнулись. Спина Арчибальдо накрыла собой нож, по прежнему зажатый в правом кулаке…
Из горла хозяина виллы вылетел сдавленный хрип, в глазах застыло изумление. Де Кальсадо несколько раз дернулся и затих.
— О, Господи! — воскликнул Алехандро.
Он наклонился над начальником жены. Де Кальсадо смотрел прямо на него, но это был потухший безжизненный взгляд.
Тело Арчибальдо лежало перед Мальдонадо, правая рука была заведена за спину, словно кто-то ее заломал перед тем, как уложить несчастного. По полу растекалась темно-красная лужа.
Не понимая, для чего он это делает, Алехандро перевернул хозяина виллы на бок и вытащил из раны нож. Потом покрутил в руках и бросил на пол рядом с трупом.
«Черт! — выругался про себя мужчина. — Это ему не поможет. Ему уже ничто не поможет, надо известить полицию. Да, надо позвонить…»
Пошатываясь, Мальдонадо подошел к телефону и снял трубку. Сигнала он не услышал. Алехандро бросил трубку на рычаг и медленно вышел на крыльио.
«Где-то рядом должен находиться дом Хулио, — вспомнил Мальдонадо. — Я позвоню оттуда…»
Покинув сад, он увидел на холме похожую виллу.
…Хулио был дома и быстро открыл дверь. В стоящем на пороге мужчине парень узнал своего недавнего вечернего пассажира.
— Добрый вечер, сеньор, — приветливо сказал Хулио. — Как поживает ваша жена?
— Мне надо позвонить, — выпалил Алехандро, тяжело дыша. — Весьма срочно…
Хулио кивнул на аппарат. Гость прошел в холл и набрал номер.
— Полиция? — сосредоточенно проговорил Мальдонадо. — Приезжайте, умер человек. Арчибальдо де Кальсадо… — он назвал адрес. — Да, несчастный случай, — добавил Алехандро через минуту. — Упал и напоролся на нож. Нет, врач не нужен, он умер сразу же… Ну, разве для того, чтобы засвидетельствовать смерть.
— Михель Энсино, комиссар полиции, — представился мужчина с прилипшим к нижней губе окурком сигары. — А вас как звать, сеньор?…
— Алехандро Мальдонадо.
— Это вы звонили? — спросил инспектор.
— Я.
Михель Энсино наморщил лоб.
— Мальдонадо, Мальдонадо, — несколько раз повторил он. — Что-то твоя фамилия кажется мне знакомой, приятель… Интересно, почему?
— Извините, комиссар, — спокойно проговорил Алехандро. — Ведь мы с вами не переходили на «ты»…