Гильермо поднял брови. На языке у него вертелся вопрос относительно сеньора Камаччо, но он не решался задать его в присутствии Виолетты.
Более того, Гильермо не был рад, что Гуттиеррес заговорил с ними. Не хватало, чтобы он сейчас сказал Виолетте примерно следующее: «Не волнуйтесь, сеньора Мальдонадо, мы с вашим мужем собираемся в командировку на остров, где погибли эти молодые люди. Посмотрите на нас, мы ведь тоже сотрудники корпорации. Однако, разве мы похожи на тех, с кем должно произойти несчастье?»
Не дай Бог, чтобы Виолетта услышала подобное с ее подозрениями и расшатанными в последнее время нервами!
— Извини, Эрнесто, — сказал Мальдонадо смущенно. — Виолетта устала, мы пойдем.
— Конечно, — Гуттиеррес кивнул. — Неприятное зрелище.
Гильермо обнял жену за плечи и повел к машине. По дороге оглянулся.
Эрнесто Гуттиеррес стоял на прежнем месте и задумчиво смотрел на них. Встретив взгляд Мальдонадо, пожилой адвокат передернул плечами, резко повернулся и пошел туда, где среди строгих черных костюмов была видна упитанная фигура дона Мийареса.
Глава 10
После свидания с отцом Кике вернулся в Валенсию…В автобусе он вспоминал слова Алехандро: — Ты правильно поступил, сынок, что принял поддержку Гильермо. Карты выпали скверно, и судьба пре. поднесла мне урок. Но я выберусь, тебе не придется отдавать деньги моему брату.
— Хорошо, папа, мы вместе заплатим! — ответил тогда Кике и обрадовался, увидев на бледном лице отца улыбку.
Занятия шли своим чередом. Кике старался не пропускать ни одной лекции. Ему было интересно, и дополнительно подстегивало то, что на нем лежит ответственность. Он пообещал стать великим…
Донья Мария Ламеда вышла на сцену и поздоровалась со студентами.
— Рада снова видеть начинающего гения Энрико Мальдонадо, — сказала она, улыбнувшись. — Кике, я слышала, что у тебя беда. Поверь, мы на твоей стороне.
— Спасибо, — смущенно пробормотал юноша.
— Ты отсутствовал, потому посиди сегодня и только посмотри, — продолжала преподавательница. — Я попрошу выйти на сцену… Исабелу Морено и показать заданный сонет. Именно показать, а не только прочитать, ты понимаешь меня, Исабела?
Соседка Кике поднялась с места и с готовностью поднялась на подмостки.
— Хорошо, донья Мария, я поняла вас…
Кике с удовольствием смотрел на стройную фигуру девушки, на ее большие задумчивые глаза. Исабела была ветреной особой, но Кике она нравилась все больше и больше. И порой он даже жалел о том, что так сурово разговаривал с соседкой в первые дни своего пребывания в университете.
Хотя, если бы пришлось выбирать между работой и тем образом жизни, какой привыкла вести Исабела, он несомненно выбрал бы первое…
Исабела прошла вглубь сцены и взяла стул, стоящий там. Она поднесла его к рампе, поставила спинкой к зрителям.
Преподавательница сошла со сцены и уселась в первом ряду, закинув ногу на ногу, — она была в штанах.
— Это мне надо для того, что я задумала, — пояснила Исабела.
Донья Ламеда кивнула и с интересом стала наблюдать за своей самой способной, как считала, студенткой.
Исабела совершенно преобразилась. Кике показалось, что на девушке появилось платье прошлых столетий, когда Исабела начала декламировать;
В моей груди я слышу все сердца,
Что я считал сокрытыми в могилах.
В чертах прекрасных твоего лица.
Есть отблеск лиц, когда-то сердцу милых…
При этих словах девушка стала медленно приближаться к стулу. Руки она поднесла к груди. Кике показалось, что Исабела положила руки на сердце, но в следующее мгновение он понял, что ошибся.
Девушка стала делать пальцами движения, будто расстегивала несуществующее средневековое платье. Потом словно выскользнула из него.
У Кике захватило дух. Он вообразил, что на Исабеле не осталось ни потертых джинсов, ни спортивной майки.
Девушка «стаскивала» воображаемые перчатки. Кике оглянулся. Сокурсники были поражены актерским мастерством девушки. Мария Ламеда прищурила глаза и внимательно следила за происходящим на сцене.
Исабела, тем временем, приблизилась к стулу, перекинула через него ногу и опустилась на сиденье верхом. То, что она сделала в следующее мгновение, заставило Кике покраснеть. Девушка с мечтательным и страстным выражением на лице совершила несколько движений, словно занимаясь любовью с невидимым партнером.
Молодые зрители зашушукались. Исабела как раз закончила читать сонет и замерла, вопросительно глядя на именитую в прошлом актрису.