Гильермо воскликнул:
— Но я читал! Могу сейчас, если хочешь, рассказать…
— Не сейчас, — перебил его Гуттиеррес. — Я жутко занят. Завтра. В самолете я устрою тебе допрос с пристрастием…
Он ушел. Гильермо сложил учебники высокой стопкой и отодвинул на край стола. Потом снял с полки документы, касающиеся бизнеса Риккардо Камаччо.
В последнее время он думал больше об экзаменах. Это усугублялось еще и отсутствием Гуттиерреса. Теперь Гильермо стал бегло просматривать папки и с ужасом обнаружил, что читает их, словно в первый раз.
«Господи, как же это я сказал Эрнесто, что помню каждую мелочь? — подумал Мальдонадо. — Я едва не сел в лужу, мне действительно надо восстановить все в памяти».
Близился вечер. Гильермо позвонил домой и сказал жене, что вынужден задержаться.
Виолетта так привыкла к поздним визитам Гильермо, что даже не удивилась.
— Хорошо, постарайся только не шуметь, когда придешь, — ответила она. — Я буду отдыхать, меня мои ребятишки окончательно доконали.
— Говорил тебе, не стоит работать.
— Нет, я рада, что у меня есть чем заняться. Просто иногда это бывает утомительно.
— Завтра лечу в командировку, — признался Гильермо.
— Вот как? Куда?
— На остров Орчила…
Тут Виолетта воскликнула:
— Как? Туда, где что-то произошло с Урио Домакесом и Андресом Пардо?
Мальдонадо вздохнул и устало проговорил в трубку:
— Успокойся, дорогая. Моя командировка никак не связана с этим случаем, тем более, это было так давно… Мы летим вдвоем с Гуттиерресом. Понимаешь, у нашей корпорации широкая сеть клиентов, и один из них живет на острове.
— Почему он сам не приедет в Каракас?
— Корпорация взяла за моду посылать своих сотрудников работать с клиентами на местах.
— Велика важность — клиенты! — раздраженно произнесла Виолетта.
— Еще раз прошу тебя, успокойся, любимая, — повторил Гильермо. — Если ты раздражена, то на меня это действует так, что голова абсолютно не варит. Мне же нужно кое-что успеть сделать до командировки.
— Когда вы летите?
— Завтра утром. У меня на столе гора документов… Виолетта помолчала.
— Хорошо, Гильермо, — наконец, произнесла женщина. — Работай, и не волнуйся. Я оставлю ужин для тебя в холодильнике…
— Спасибо, Я постараюсь зайти перекусить где-нибудь недалеко от работы, — сказал Гильермо.
Виолетта еще раз пожелала мужу не волноваться после чего повесила трубку. У Гильермо остался неприятный осадок в душе, что он виноват перед Виолеттой. Но что делать? Работа есть работа.
Гильермо снова углубился в чтение, и постепенно неприятное чувство стало улетучиваться.
Рабочий день заканчивался. К Мальдонадо заглянул Эухенио Арвело, спросил:
— Идешь домой?
Гильермо отрицательно покачал головой.
— Останусь, поработаю…
Арвело вздохнул:
— По-моему, ты метишь в заместители к Мийаресу. Не пройдет!
Гильермо отвлекся:
— Почему это? — заинтригованно спросил он.
— Мийарес тобой заинтересуется, когда у тебя появится толстый живот, — Арвело, довольный тем, что так ловко поддел товарища, расхохотался и ушел.
Сотрудники корпорации покидали рабочие места. Мальдонадо посмотрел за окно и увидел, как из двери офиса вытекает человеческая река, разбивается на ручейки.
Люди шли на стоянку автомобилей, хлопали дверьми, разъезжались по домам.
Мальдонадо ожидал, что еще раз появится Гуттиеррес, но Эрнесто ограничился звонком.
— Завтра в девять! — сообщила телефонная трубка голосом Эрнесто. — Ты появляешься в офисе, мы встречаемся, забираем все, что нужно и выезжаем в аэропорт. Самолет в десять тридцать.
— Понятно, — ответил Гильермо. — Я не опоздаю…
— Давай, учи! — воскликнул на прощание Гуттиеррес. — Адвокатишка!
Еще через час Мальдонадо оторвался от документов, потянулся. За окном стемнело. Гильермо почувствовал в животе пустоту и решил сходить в пиццерию, которая располагалась за квартал от их здания.
С собой он захватил одну из папок, чтобы не терять времени.
Пиццерия работала круглосуточно, дверь ее была приветливо распахнута.
Двое мужчин подходили ко входу с другой стороны. Гильермо, пребывал в задумчивости, налетая на одного из них, толкнув плечом.
— Извините, — пробормотал Мальдонадо, пропуская мужчин вперед.
Тот, кого он толкнул, внимательно посмотрел на молодого человека и пробурчал: