Отлично! — сказал Гуттиеррес, похлопывая по плечу своего молодого спутника. — Это значит, что у нас будет свободный вечер.
Ты что-то задумал?
— Ничего конкретного, — ответил Эрнесто. Хотя я уже начинаю жалеть, что во время предыдущих посещений не разжился ни одним адресом…
— Что ж так? — Гильермо стало весело.
— А ну их! — махнул рукой Гуттиеррес. — Ну скажи, разве ты был бы спокоен, если бы знал, что у тебя в блокноте можно обнаружить несколько непонятных адресов?
— Нет…
Вот и я решил не рисковать… Терпеть не могу, когда что-то связывает меня с тем, что может быть опасным…
Гильермо посочувствовал спутнику. Сам Мальдонадо не собирался пускаться в разгул и изменять Виолетте с местными красотками. Но из чувства мужской разгульной солидарности сказал Гуттиерресу.
— Если на пляже будет холодно, Эрнесто, или чересчур много занимающися тем же, что и ты, могу предоставить тебе свою кровать…
— Спасибо! — закричал Эрнесто, — ты настоящий друг. Только это излишне, потому что я знаю, где мы будем спать. У нас будет спаренный номер с двумя отдельными спальнями и общей гостиной, кухней, ванной и коридором. Спальни закрываются каждая на свой ключ, и в них широкие кровати. Если хочешь девушку — приводи хоть трех, запирайся, и тебе никто не помешает!
— Откуда ты все это знаешь? — спросил Гильермо.
— О номере? Видишь ли, парень, наша корпорация имеет договор с одной гостиницей. Номер, о котором я тебе говорю, закреплен за корпорацией уже много лет. Это что-то вроде американской военной базы на далеких островах…
Гильермо кивнул. Объяснение его удовлетворило.
Они взяли такси и поехали в то место, где им назначил встречу сеньор Камаччо.
— Сначала дела, — сказал в машине Гуттиеррес. — Потом все остальное…
Гильермо высказал предположение, что сперва надо было бы убедиться, что с ночлегом будет все в порядке.
Гуттиеррес бросил на спутника снисходительный взгляд:
— Не смеши меня, Гильермо! — воскликнул он. — Если наш номер будет занят, то я готов выплатить тебе все деньги, которые лежат у меня в банке! Все, что я накопил за долгие годы работы в корпорации…
Мальдонадо усмехнулся.
— И много у тебя осталось после такого разгульного образа жизни?
— Вот тут ты прав, парень, — с грустью вздохнул Гуттиеррес. — Осталось совсем немного…
Он хлопнул Гильермо по плечу, и мужчины громко расхохотались.
Водитель такси оглянулся, хмыкнул, покрутив головой, и снова уставился на дорогу. Если бы Гильермо присмотрелся, он бы узнал в водителе одного из тех двух незнакомцев, которых встретил вчера в пиццерии. Не того, в очках и с залысинами, а его спутника.
Сеньор Риккардо Камаччо носил солнцезащитные очки на лбу, тенниску и цветастые шорты, которые доходили ему почти до колен. В толстой и волосатой руке сеньора Камаччо дымилась дорогая сигарета.
Гильермо этот клиент корпорации «Эдуардо» напомнил тех людей, которые, только поднявшись из нищеты, все никак не могли остановиться в желании выглядеть респектабельно. Эта респектабельность имела совершенно особенный характер, люди вроде сеньора Камаччо достигали ее при помощи таких вот пляжных нарядов, которые они носили в собственных офисах.
Риккардо Камаччо стремился все делать на американский манер. Он бурно приветствовал адвокатов, пригласил их присесть в низкие кресла, которые стояли у огромного окна, открывающего вид на море.
— Итак, господа, — произнес сеньор Камаччо, стряхивая пепел себе под ноги, прямо на ворсистый ковер. — Итак, вы приехали, чтобы уговорить меня оставаться вашим клиентом. При этом вы, конечно, будете долго мне объяснять, какую кучу денег мне принесет сотрудничество с вашей именитой корпорацией…
Риккардо Камаччо замер и выразительно посмотрел на Гильермо и Гуттиерреса. Мальдонадо мог побиться об заклад, что их клиент страшно гордится в душе своей проницательностью.
«Вы только посмотрите, уважаемые! — как бы говорил этот взгляд, — вы заготовили длинные вступительные речи, но вы не на того напали. Все, что вы мне скажете, я знаю наперед. Только посмотрите, уважаемые, как я вам заткнул рот! Как-то вы теперь поступите?»
Эрнесто Гуттиеррес улыбнулся и откашлялся. Мальдонадо ожидал, что опытный адвокат сейчас что-то скажет в ответ, но сеньор Эрнесто не произнес ни слова. Выходило, что действовать нужно самому Гильермо. Вроде бы, так было задумано в Каракасе?
— Сеньор Камаччо! — произнес Мальдонадо. — Вы думаете, что мы прилетели к вам ради пустого словопрения? Нет, мы приехали как деловые люди…