Выбрать главу

Гуттиеррес всплеснул руками.

— До тебя не доходит, что ты потерял…

— Мне это неинтересно, — бросил Гильермо. — Более того, противно.

Он хотел добавить, что ему хватает жены, но осекся. И тут ужас того, что с ним произошло ночью, впервые поднялся перед Мальдонадо во весь свой огромный рост.

О случившемся можно было рассуждать долго и самыми высокопарными фразами, искать и находить массу причин для оправдания и понимания, но все в конце концов сводилось к нескольким, а точнее, к трем простым словам. От этих слов просто в дрожь бросало.

Он изменил Виолетте!

* * *

— Ладно, парень, хватит рассуждать, — сказал Гуттиеррес. — Пора отправляться. Нам в темпе нужно встретиться с Риккардо Камаччо, а потом вылететь назад. Время не терпит, собирайся…

Гуттиеррес думал, что Гильермо жалеет о неудавшейся забаве с двумя красотками.

Мальдонадо стал собираться. Примерно через четверть часа они покинули бунгало. Гильермо кивнул в сторону домика хозяина гостиничного комплекса:

— Ключи не сдаешь?

— Зачем? — вопросом на вопрос отреагировал Гуттиеррес. — У нас с ним долгосрочное соглашение. Ключи всегда со мной.

— Зачем ты таскаешь с собой эту связку? — Мальдонадо изобразил недоумение. — Только карман рвешь…

— Зато не надо каждый раз посещать хозяина, — спокойна отозвался Гуттиеррес. — Приезжай, когда хочешь, уезжай, когда пожелаешь. Достаточная причина, чтобы потерпеть в кармане эту тяжесть!

«Старая лиса! — подумал Гильермо — Я знаю истинную причину».

Молодой человек хорошо помнил о коробках с документами.

…Встреча с Камаччо заняла не более двух минут. Сеньор Риккардо сразу протянул папку с продленным еще на два года контрактом.

— Не будем терять времени! — объявил он. — Я буду рад, господа, если корпорация «Эдуардо» станет и впредь представлять мои интересы…

Это была полная победа. Гуттиеррес и Мальдонадо позволили себе пропустить по рюмке виски в забегаловке недалеко от аэропорта.

Уже в двенадцать они были в воздухе. Самолет взял курс на аэропорт Майкетия. Там коллег ждал автомобиль, который должен был доставить их в Каракас.

Глава 16

Эрнесто Гуттиеррес и Гильермо Мальдонадо поднялись на пятый этаж и увидели Мийареса у двери его приемной.

— А вот и наши путешественники, — заметил дон Мийарес. — Приветствую вас.

Адвокаты по очереди поздоровались с шефом за руку.

— Как успехи? — спросил Мийарес.

— Успех полный! — доложил Гуттиеррес. — Клиент — наш! Он подписал контракт на два года. Если хотите, могу сообщить подробности.

— Сейчас, у меня в кабинете, — поморщился Мийарес. — Через две минуты.

— В основном, это его заслуга! — Эрнесто чуть подтолкнул вперед молодого спутника. — Без него… — он смущенно улыбнулся. — Без сеньора Мальдонадо я бы тоже справился, но это у меня заняло бы больше времени.

Шеф смерил взглядом обоих.

— Камаччо все подписал? — отрывисто спросил он.

— Все! — спокойно ответил Гильермо.

— Ну что же… В таком случае, я хочу поблагодарить сеньора Мальдонадо и поздравить с успешно завершенным участком ответственной работы, — сказал дон Мийарес. — Это ваше первое серьезное поручение, сеньор Мальдонадо, и вы с честью выполнили его.

— Спасибо, — ответил Гильермо. — Я старался…

— Вы свободны, остаток дня можете отдохнуть, — сказал молодому человеку глава корпорации. — Жду вас на работе завтра. А вас, сеньор Гуттиеррес, я попрошу зайти ко мне в кабинет.

В кабинете сидел Алонсо Коллья.

— Как вел себя ваш протеже? — спросил шеф у Эрнесто Гуттиерреса.

Алонсо Коллья стал раскуривать сигару.

— Не понимаю, — Эрнесто озадаченно покрутил головой. — Вы недовольны? Вы же только что похвалили Мальдонадо…

— Здесь я задаю вопросы, сеньор Гуттиеррес! — жестко произнес глава корпорации. — Уж не думаете ли вы, Эрнесто, что такого важного клиента, как Риккардо Камаччо, мы действительно предоставили заботам зеленого юнца?

— Как? — вскричал Эрнесто. — Но зачем же я тогда возил с собой Мальдонадо в командировку?

Заговорил Алонсо Коллья:

— На то были причины. Не волнуйтесь и не кричите, лучше ответьте, как вел себя ваш протеже.

Начальник службы безопасности проговорил эти слова совершенно будничным тоном, но все же Гуттиерресу стало не по себе.