— Я же говорил тебе, что нашел себе милое местечко. Я бы все тебе объяснил в ту ночь у бара, но ты ведь не был настроен особенно дружелюбно, да? Это твоя вина, братан.
— Моя? Да пошел ты, мужик. С тех пор у тебя было много возможностей рассказать мне, какого хрена ты затеял, и ты даже словом не обмолвился.
Двигатель «Импалы» с ревом оживает, рыча в темноте. Я даже не утруждаю себя ожиданием и проверкой, горит ли свет в главной резиденции Уивингов. У меня бурлит кровь, и мне уже наплевать на то, что я скрываюсь. Я забочусь только о том, чтобы затащить тушу Зандера Хокинса куда-нибудь в укромное место, чтобы выбить из него все дерьмо за то, что он испортил нашу разборку.
Рядом со мной Кэм не произнес ни слова. Он был спокоен с тех пор, как я заставил его опустить пистолет, которым он целил в голову Зандера. Его взгляд отстранен, глубокая, несчастная хмурость образует две морщинки между бровями.
Я выезжаю с подъездной аллеи Уивингов, краем глаза глядя на отца Сильвер.
— Что? Никаких саркастических комментариев? — спрашиваю я. — Никаких «какого хрена тут происходит»? Никаких «это еще кто такой»?
Кэмерон моргает.
— Не стоит, — жестко отвечает он. — Мне все равно.
— Вам все равно?
— Ага. Этот парень чертовски раздражает, но он не Джейкоб. Нам нужно найти Джейкоба. Это единственное, что меня волнует. Я убью его на хрен, Алекс.
— Ты точно тусуешься с какими-то странными типами в эти дни, — комментирует Зандер. — Я имею в виду, знаю, что нам говорили в Денни, что время, проведенное с более старыми и мудрыми людьми, может помочь нам сделать лучший выбор, но на самом деле, йоу. Этот парень говорит об убийстве. Я бы не назвал это разумным выбором, если вы ищете какое-то пятничное вечернее развлечение. Я слышал, что у них там вечеринка…
— Заткнись на хрен, Хоук.
— Оооокей. Затыкаюсь на хрен.
— Избавься от него, — рычит Кэм.
— О, вы, ребята, только что вытащили меня из моей единственной ночлежки в Роли, — говорит Хоук. — Вы не бросите меня на обочине улицы в снег и не избавитесь, как от ненужного ребенка. Я уже прошел через это дерьмо. Мне придется чертовски сильно возражать, если…
Я бью кулаком по рулевому колесу.
— Господи, да ты можешь просто помолчать, черт возьми!
«Дыши, Воробушек. Вот так, моя любовь. Вдох... и выдох. Вдох... и выдох. Видишь. Ты умеешь держать себя в руках. Твой характер не контролирует тебя. Хорошо».
— Лучше расскажи нам, что ты делал в домике у бассейна Джейкоба Уивинга, или держи свой чертов рот закрытым, пока я пытаюсь разобраться во всем этом, Зандер. — Я собираюсь убить его на хрен через минуту.
Зандер издает знакомый скучающий звук.
— Ну ладно, ладно. Иисус. Кью послал меня сюда, чтобы попытаться найти сейф Калеба Уивинга. Он хочет получить компенсацию. Нам пришлось отказаться от поставок, когда мы потеряли трех парней. Что касается Кью, то именно Калеб сдал его копам, так что теперь он ему должен. По-крупному.
— Значит, Калеб просто позволяет тебе оставаться в гребаном домике у бассейна, пока ты рыщешь вокруг в поисках гребаного сейфа?
В зеркале заднего вида Зандер драматично закатывает глаза.
— Глупость тебе не идет. Калеб понятия не имеет, что Кью знает, что он донес на нас. Он считает, что между Дредноутами и операциями с Уивингом все в порядке. В конце следующей недели у нас намечается большая сделка. Грандиозная. А до тех пор Калеб сидит на чудовищной доставке у себя дома. Он попросил Кью обеспечить небольшую дополнительную защиту до тех пор, пока все не будет готово к сделке. По сути, он пригласил Дредноута в свой дом. Тупой ублюдок.
Это может быть только та самая сделка, о которой Монти говорил мне в своем кабинете. Сделка, которую сорвет наркоконтроль. Что приведет к тому, что Джейк впоследствии будет арестован за изнасилование Зен, и его жизнь, та, которую он знает, наконец, закончится.
Я ворчу, проводя машину по узким поворотам, которые ведут нас вниз по склону горы к городу Роли. Рождественские огни на деревьях весело мерцают на дне долины, и какое-то мгновение я просто смотрю на маленький сгусток мерцающего желтого света. В конце концов, я говорю: