— Ух...Здравствуйте, мистер Саксман. Как ваши дела?
Его глаза бегают вверх и вниз по спине Алекса, вероятно, пытаясь понять, за кого я цепляюсь в морозной холодной ночи, как потерянная душа. Он делает шаг вперед, но потом останавливается, словно передумывая.
— В порядке. А у тебя все в порядке? — У него резкий подозревающий голос.
— Конечно. Все просто замечательно.
Туман клубится от моего дыхания, отражаясь в желтоватом сиянии, отбрасываемом уличным фонарем. Я ничего не говорю о том, что обнимаю темноволосого парня в кожаной куртке, которого мистер Саксман, вероятно, никогда раньше не видел, а Алекс все еще не оборачивается. Он просто мурлычет мне в волосы — довольный, облегченный звук, от которого у меня чуть не кружиться голова.
— Ладно, хорошо... я не хочу тебя прерывать. Но здесь слишком холодно, чтобы слоняться без дела. Может быть, стоит подумать о том, чтобы отправиться домой?
— Да, мистер Саксман. Не волнуйтесь, мы как раз собирались уходить.
— Рад это слышать.
Он медленно идет вниз по Хай-Стрит, все еще сверля взглядом заднюю часть куртки Алекса, свежий снег, покрывающий тротуар, издает жесткие, скрипучие звуки под подошвами его ботинок.
Алекс целует меня в висок и начинает смеяться, его плечи трясутся. Я щипаю его за бок, заставив взвизгнуть.
— Придурок. Ты мог бы по крайней мере взглянуть на парня. Он был бы менее подозрителен, если бы ты улыбнулся и представился.
Алекс откидывается назад, его бровь выгибается в знак несогласия.
— Этому парню стоило только взглянуть на меня, и он бы стазу решил, что я пытаюсь ограбить тебя или что-то в этом роде, Argento. Ты это знаешь. И я это знаю. Пусть лучше гадает. Давай выпьем кофе, пока кровь не застыла у тебя в жилах.
ПОЛУЧЕНО ТЕКСТОВОЕ СООБЩЕНИЕ:
+1(564) 987 3491: ты сдохнешь, сука. Я вырежу тебе язык и трахну твой грязный, лживый рот.
Глава 4.
Сильвер
— Ну, не знаю. Возможно, в глубине души он, э-э... хороший. Я имею в виду, что он не совсем милашка, да? Полагаю, можно сказать, что в нем есть что-то... очаровательное?
Я сейчас очень щедра на комплименты, но мой отец выглядит смертельно оскорбленным. Он делает шаг назад в коридор, скрестив руки на груди, хмуро глядя поверх своих очков в роговой оправе, как у хипстера-подражателя, на предмет моего беспокойства. Маленькое, черное, мохнатое существо злобно смотрит на него, оскалив зубы и издавая низкое, враждебное рычание.
— Он просто слегка не в себе, вот и все, — оправдывается папа. — Он был заперт в клетке несколько месяцев.
— Именно. И тут напрашивается вопрос... не кажется ли тебе, что теперь, когда он свободен, он должен быть немного счастливее? А он выглядит так, будто собирается вцепиться в тебя. Не надо... Боже, не двигайся. Он сейчас набросится.
Папа удивленно косится на меня.
— А я-то думала, что вырастил бесстрашную, сильную дочь, которая ничего не боится. Он весит четырнадцать фунтов, Сил. Думаю, что смогу с ним справиться.
Я морщу нос, отчасти для того, чтобы заглушить запах, исходящий от маленького зверька, охраняющего вход в кухню, как будто от этого зависит его жизнь, но также и потому, что я не совсем уверена, что мой отец мог бы справиться с ним.
— Он крепкий, папа. Типа, мускулистый. Он, наверное, мог бы прыгнуть оттуда и разорвать тебе глотку.
Папа вздыхает, разочарованно качая головой.
— Я всего в нескольких секундах от того, чтобы отречься от тебя. Эта собака — самая милая, добрая, нежная маленькая душа, которую я когда-либо… дерьмо! Святое дерьмо! Ты это видела? Он, бл*дь, рыпается на меня! Да ещё и рычит!
На один короткий, невероятный миг отец прижимает руки к горлу, как будто действительно думает, что собака собирается сомкнуть свои челюсти вокруг его шеи и загрызть до смерти. Но опускает руки, как только замечает, что я ухмыляюсь ему.
— Слушай, я не виноват. Ты бы видела его в приюте. Такой милый, лежал на спине и смотрел на меня грустными глазами из своей тюрьмы, — подчеркивает папа для пущего эффекта. — Я думал, что делаю ему одолжение, забирая домой. Он не проявлял ни одной из этих убийственных наклонностей, пока я не внес его в дом, подальше от холода и ветра, и входная дверь не закрылась за моей спиной. А потом словно щелкнул переключатель, и он превратился в маленького разъяренного психопата. Я не могу попасть в свой кабинет, Сильвер. Завтра утром мне придется отвезти его обратно в приют.
— Поступай как считаешь нужным, — пищу я, стараясь замаскировать смешок.