У меня нет никакого опыта общения с родителями, которые действительно заботятся о своих детях. Честно говоря, видя необузданные эмоции на лице мистера Париси, я чертовски нервничаю; понятия не имею, как на это реагировать. Сомневаюсь, что он был бы в восторге, если бы я подошел к нему и обнял, поэтому я делаю единственное, что могу в этой ситуации — притворяюсь, что не заметил, что его глаза сияют слишком ярко.
— Она знает, что вы заботитесь о ней. Она знает, что вы рядом с ней. Она пришла к вам в конце концов, когда была готова. Она расскажет вам недостающие части истории. Вам просто нужно быть с ней терпеливым.
Мистер Париси, кажется, задумывается об этом. Я ошеломлен, когда парень тяжело вздыхает и падает на мой диван. Я ждал, что он пронесется через остальную часть трейлера, продолжая свою миссию по выслеживанию всех моих призрачных проституток и наркоты, но, похоже, эта миссия была оставлена на некоторое время.
— Ты любишь ее, — говорит он. Это заявление.
Я поднимаю подбородок.
— Да.
Мистер Париси смотрит на меня краем глаза и горько смеется себе под нос.
— Не надо позерства, Моретти. Я здесь не для того, чтобы говорить тебе держаться от нее подальше. Но я все же хочу знать одну вещь.
— Ладно. Спрашивайте.
— Если ты любишь ее, тогда... — его голос срывается. Ему нужна секунда, чтобы закончить фразу. — Что ты сделал с этими ублюдками, когда узнал, что они сделали с ней?
Блядь.
Такое ощущение, что он только что нанес удар мне в живот.
Я рычу, ударяясь затылком о стену позади меня.
— Ничего. Я ничего не сделал.
— Почему? — Отец Сильвер выглядит так, словно вот-вот вскочит с дивана и вцепится мне в горло. Я бы не стал его винить. — Она доверила тебе эту информацию... и ты ничего не сделал? Как, черт возьми, ты можешь говорить, что любишь ее, если…
— Она заставила меня пообещать.
— Мне все равно! Если ты заботишься о ком-то ...
— Если ты заботишься о ком-то и даешь ему обещание, то держишь его, несмотря ни на что. Сколько обещаний вы давали Сильвер? И сколько из них вы не выполнили? Потому что до сих пор я дал только одно и не собираюсь его нарушать. Никогда. Она заставила меня поклясться, что я не применю к ним насилия и не нарушу закон. Она связала мне гребаные руки. Прямо сейчас все, что я могу сделать, это выждать свое время. Поверьте мне, для тех, кто причинил ей боль, наступит справедливость. Я не собираюсь просто так позволить им уйти от ответственности. Но я заслужил доверие вашей дочери. Это самая ценная чертова вещь в мире для меня, и я ни за что ее не подведу.
Бедный ублюдок снял перчатки, и его руки сжались в кулаки на коленях. Я вижу, что написано у него на лице: этому человеку нужно что-то ударить. Или кого-то. Он недавно прошел через ад и вернулся, и у него не было никакого гребаного освобождения от всего этого. Если он не ударит меня прямо здесь и сейчас, то это будет только вопросом времени. В какой-то момент он сорвется, врежет во что-нибудь, и когда он это сделает, будет настоящий гребаный фейерверк.
Он высокий парень, такого же роста, что и я. Сомневаюсь, что он тренировался в последнее время, но он в форме. В относительно хорошей форме. Я уверен, что смогу одолеть его в бою, но это действительно плохая идея. Я не могу позволить этому зайти так далеко. Сильвер была бы опустошена, если бы я обменялся ударами с ее стариком, и более того, я не питаю к нему неприязни. Драка с ним никому не принесет настоящей пользы, даже если это поможет ему временно выпустить пар.
Значит, пора переходить в режим Миротворца.
Я вздыхаю, отталкиваясь от стены и пересекаю гостиную, чтобы присоединиться к нему на диване. Он вздрагивает, когда я опускаюсь рядом с ним, как будто я внезапно вырвал его из кошмара наяву, который захватил его и затуманил разум. Его кулаки рефлекторно разжимаются.
— Когда мне было десять лет, я жил в интернате для мальчиков. Там было очень плохо, — говорю я ему. — Мы спали в общежитиях. Я не могу точно вспомнить, сколько детей было в моем общежитии, но там была довольно большая группа. Должно быть, от пятнадцати до двадцати детей или около того. Я не помню, когда это началось, но был один парень, который приходил ночью в общежитие и забирал с собой одного из детей. Одного мальчика привезли в интернат, когда ему было шесть лет. Он даже не знал своего собственного имени, поэтому одна из нянек решила назвать его Джорджем. Так вот этот парень, мистер Клейтон? Он положил взгляд на Джорджа. В час ночи, почти каждый день, Джордж брал мистера Клейтона за руку, когда тот вытаскивал его из постели, и босиком молча выходил с ним из спальни…