— Dolcezza, — шепчет он. — Sei la mia vita (прим.с италь. Ты моя жизнь).
Простыни шуршат, когда он поднимает руку и кончиком указательного пальца проводит линию вниз по моей переносице и над губами. Я наклоняюсь к нему, и он нежно, нежно целует меня в губы, до боли сладко, но эта вспышка огня все еще существует между нами, готовая в любой момент вспыхнуть и сжечь весь мир дотла.
— И что это значит? — шепчу я, когда он отстраняется.
Алекс слегка улыбается.
— Это значит... что я сделаю для тебя все, что угодно. Это значит, что я слаб для тебя.
Мое сердце то ли распухает, то ли разрывается, не могу сказать точно. Я не единственная, у кого было трудное прошлое. Алексу пришлось пережить большую долю несчастий и трудностей, с которыми ему пришлось бороться, и переживания, которые ему пришлось вытерпеть, сделали его невероятно сильным. Будучи сильным, он сохранил свою жизнь, удерживал в целости и сохранности... так что слышать, как он говорит мне, что я сделала его слабым? Ну... я действительно не знаю, как к этому относиться.
ПОЛУЧЕНО ТЕКСТОВОЕ СООБЩЕНИЕ:
+1(564) 987 3491: Сука. Ты думаешь, что ты лучше нас? Ты никчемность. Держи голову опущенной, или ты сдохнешь.
Глава 9.
Сильвер
Борьбу за власть в средней школе можно сравнить с политической борьбой во многих странах Южной Америки. В течение многих лет в государстве существует диктатура. Низшие классы управляются одним единственным тираническим угнетателем, одержимым желанием удержать людей на своих местах. И вот народ восстал, сверг деспота, и все погрузилось в полный хаос.
Различные фракции соперничают за превосходство, противоборствующие стороны борются, чтобы подняться над другими. Безраздельно царит анархия. Народ наконец-то свободен, но вдруг нет никаких правил и никаких последствий для плохо продуманных действий. Люди начинают шептаться за спиной, что, может быть, при тиране все-таки было лучше. По крайней мере, тогда они знали, в какую сторону идти.
Без Кейси, вальсирующей по коридорам и вселяющей страх в сердца своих сокурсников, Роли Хай практически перевернута с ног на голову. Все эти различные группировки пытаются заполнить вакуум власти, и похоже, что скоро все станет ужасно. Когда мы с Алексом приезжаем в понедельник утром, на заполненной стоянке уже собралась огромная толпа, и похоже, что разразилась третья мировая война. Я все еще нервничаю из-за сообщения с угрозой, которое получила сегодня утром, того самого, которое мне едва удалось скрыть от Алекса, когда он протянул мне мой телефон, и поэтому мои нервы уже звенят, когда вопль перекрывает крики и насмешки.
— Какого хрена? — бормочет Алекс себе под нос.
Он выиграл игру «камень-ножницы-бумага», который мы устроили, чтобы выбрать, кто будет вести машину, поэтому он заглушил двигатель Nova и передал ключи мне, выходя из машины, чтобы посмотреть, что, черт возьми, происходит.
Большая часть снега, выпавшего во время шторма, уже растаяла, и мне приходится перепрыгивать с одного участка бетона на другой, чтобы не наступить в ледяные лужи по щиколотку, пока я иду за Алексом; даже несмотря на то, что он носит свои белые Стэн-Смиты, Алекс, кажется, не замечает, что он пробирается через четыре дюйма воды.
— Грязная шлюха! Я выбью тебе чертовы зубы!
Из толпы собравшихся студентов раздаются радостные возгласы. Они образуют кольцо, четыре человека глубиной, вокруг чего-то, похожего на яростную кошачью драку. Один из парней из футбольной команды, Бронсон Райт, резко поворачивается с сердитой гримасой на лице, когда Алекс пытается протолкнуться через толпу. В ту же секунду, когда Бронсон видит, кто его толкнул, он отступает, закатывая глаза.
— Извини, старик. Я думал... — Бронсон не договаривает. Он просто отодвигается в сторону, чтобы Алекс мог пройти мимо.
Так было с тех пор, как после стрельбы в школе снова начались занятия. Во всех смыслах этого слова Алекс был таким же изгоем, как и я. Люди были заинтригованы им. Они были напуганы им, но даже с неустанным преследованием Зен они не приняли его. Теперь все изменилось. Люди все еще смотрят на него с подозрением и страхом, но выражение их лиц также окрашено уважением.
Алекс Моретти напал на Леона Уикмена и получил за это пулю. Алекс Моретти чуть не погиб, убивая убийцу. Алекс Моретти теперь стал для наших одноклассников — полубогом, которого они одинаково любят и ненавидят.