-Именно поэтому ты молчишь, - он стягивает с себя трусы и идёт под душевые.
Я ещё больше теряюсь от его такой лёгкости, и отсутствия какого-либо смущения. Выбора нет, и я иду следом за ним. Левенко спокойно намыливается, и моется, никоим образом не реагируя на меня. Это уже начинает изрядно подбешивать.
-Курлюченко, может ты уже скажешь, зачем пришла? – слышу его голос, сквозь шум воды. – А то от твоего молчания, и пронзительного взгляда в мою спину, я чувствую себя дико некомфортно. Поэтому, либо говори, либо уходи.
-Может поговорим, когда ты оденешься?
Левенко спокойно поворачивается ко мне передом, и с вопросительным взглядом на лице.
-Тогда зачем пошла со мной в душевую? – показательно проводит мочалкой по груди и ведёт вниз. Я отворачиваюсь и возвращаюсь в раздевалку. Вот же козёл.
Через пять минут, Левенко, в одном полотенце, входит в раздевалку, и начинает одеваться.
-Женя, это глупо, - качает головой.
Надевает боксеры, джинсы, кофту, носки, и уже обувается в кроссовки. Я понимаю, что если реально не начну говорить, то он просто уйдёт.
-Слышала у тебя проблемы с тренером, - решаю начать издалека.
-Интересно, где ты это слышала, и кто такой говорливый в моей команде.
Завязав кроссовки, Левенко поднимается на ноги.
-Ты об этом хотела поговорить? – сколько презрения и ненависти в его взгляде.
-Я не могу заниматься, - неожиданно для себя, делюсь с ним этим.
Его брови ползут наверх, но он отвечает.
-Травма? – садится на лавку.
-Нет, - качаю головой. – Это другое. То, что в голове.
-Чёрт, Женя, ты можешь говорить понятнее? Я не понимаю, о чём ты. А самое главное, причём здесь я.
-Я скучаю по реваншам, - знаю, что всё, что я говорю – не последовательно, но это то, что сейчас крутится у меня в голове.
Левенко молчит, и я могу его понять.
-Хочешь сказать, что не можешь заниматься, потому что не можешь взять реванш? – усмехается. – Я правильно тебя понял?
-Не совсем, - улыбаюсь, - но что-то типо того. Я не могу заниматься, потому что скучаю по тебе, - ещё одно признание, которое повергает в шок даже меня.
Мне кажется, что я открыто даже себе в этом не признавалась. Левенко поднимается на ноги, и сокращается между нами расстояние. Садится напротив меня, и заглядывает мне в глаза.
-Я слушаю, - не сводит прямого взгляда.
-То, что между нами произошло, я не думала, что это для меня будет настолько серьёзным. Я привыкла жить на льду, и была уверена, что пара недель – и я о тебе не вспомню.
-Но, - скрещивает руки на груди.
-Но я даже забыть тебя не могу.
-А, - горько усмехается, - так вот в чём проблема. Не переживай, я через два месяца уеду, чтобы там тренер не говорил.
Левенко поднимается на ноги, но я поднимаюсь следом за ним.
-Нет, чёрт возьми, - повышаю голос, - ты можешь дослушать?!
Женя удивлён, но остаётся на месте.
-Я не хочу, чтобы ты уезжал. Вот в чём проблема. Я не могу тебя забыть, но это не значит, что я хочу, чтобы ты вообще исчез из моей жизни, а я, глотая слёзы, смотрела на тебя лишь по телику.
Мои слова явно удивляют парня.
-Женя, я не понимаю, куда ты клонишь, - качает головой.
-Серьёзно? – вспыхиваю. – Чёрт, забудь! – обхожу стороной парня и вылетаю из его раздевалки.
Быстрым шагом, даже почти бегом, я бы сказала, дохожу до своей раздевалки, где принимаюсь кидать в сумку свои вещи. Когда я закончила собираться, и уже была готова выйти в коридор, дверь резко открылась, и Левенко, без приглашения и разрешения, вошёл ко мне. Он не произнёс ни слова, его движения говорили сами за себя. Женя, словно лев, сократил между нами расстояние, резким движением забрал из моих рук вещи, откинул их на пол, и притянул меня, за шею, к себе. Его губы жёсткие и требовательные. Сейчас он не такой, каким был в нашу первую ночь. Тогда Женя был очень нежен, сейчас же он, как зверь, который долго поджидал свою добычу.
Я отвечаю ему, с не меньшим энтузиазмом, крепко обхватив его за шею. Он срывает с меня тренировочную кофту, и прижимает к двери. Слышу щелчок, за своей спиной. Мы оба знаем, что будет дальше, но я не хочу сопротивляться, не хочу, чтобы он останавливался. Я хочу снова почувствовать себя живой. С не меньшим запалом, стягиваю с парня байку, и с дикой жадностью впитываю каждый участок его горячего тела, изучая его руками, снова и снова, будто в первый раз.
-Я не буду спрашивать, хочешь ты этого или нет. Этого, пиздец как, хочу я. И после всего, что ты мне наговорила в раздевалке, я не собираюсь сдерживать себя, как делал это десять лет, и последние четыре месяца.
Его слова о десяти годах, мигают красной лампочкой в моей голове, но я решаю оставить это на потом.