– Тебе лучше сесть спереди.
Бэмби нахмурилась, поправляя капюшон моей кофты на своей голове.
– Почему?
– Потому что мы поедем с Робином, – я почесал шею, – и Митчеллом.
И ей не нужно было объяснений, почему в этом случае ей стоило сесть рядом со мной, потому что она, очевидно, не хотела делить одно место с кем-то из них. Мне льстило, что среди этой троицы она отдавала предпочтение мне, но почему-то в выборе Тиана и меня она склонялась к первому.
Бэмби молча обогнула мой пикап и села на пассажирское, первым делом пристегнув ремень. Я сел на водительское и воткнул ключ в зажигание, когда задние двери салона с двух сторон одновременно открылись и внутрь уселись два моих друга – Робин и Митчелл. Мэддокс сразу откинулся на спинку, закрыв лицо капюшоном и проигнорировав присутствие Бэмби, пока Эммерс с интересом разглядывал гостью. Я выезжал с парковки, когда Митч просунул свою голову между передними сидениями и взглянул на Харпер со своей идиотской улыбочкой.
– Вот мы и снова встретились, детка.
Моя нога вжала педаль газа практически до максимума, резко откинув Митча назад, и также плавно вернулась обратно, возвращая машину к нормальному скоростному режиму. Я взглянул на друга через зеркало заднего вида и пробормотал:
– Её зовут Бэмби, а не детка.
* * *
Бэмби
Да, меня действительно звали Бэмби. Не детка. Не оленёнок. Не ещё какая-то тезка порноактрисы. Бэмби.
Я взглянула в бесстрастное лицо Шервуда, который выезжал с парковки с таким видом, будто только что не втиснул бедного парня на задних сидениях в спинку с такой силой, что у хрупкой девушки уже диагностировали бы черепно-мозговую травму.
– Гребанные дороги, – пробормотал себе под нос квотербек, мельком взглянув через зеркало на своего друга.
Дороги были идеальными. Если что я и знала о кампусе нашего университета, так это то, что ректор не скупился на хорошее оборудование, на дороги и благоустройство общежитий и сестринств с братствами.
– Детка, – я обернулась назад, когда блондин М привлек мое внимание в очередной раз. На его лице появилась довольная улыбка, – задам нескромный вопрос?
– Валяй.
– Ты едешь поддержать нашего капитана на игре?
Мои брови взлетели вверх, когда я обернулась к Шервуду, который стиснул челюсти до такой степени, что отчетливо проявились его скулы.
– Конечно, – я улыбнулась, – ведь он абсолютно точно нуждается в моей поддержке.
– Не только в такой, кстати, – заметил Эммерс. Моя бровь выгнулась, когда он хихикнул и отвернулся к окну, оставив меня с открытым немым вопросом, но я сомневалась, что хотела знать продолжение.
Секреты парней – беспроглядная тьма, узнав которые можно лишиться рассудка. В жопу такие секреты.
Остальные двадцать минут поездки от Сан-Франциско до Дейли-Сити оказались, на удивление, спокойными. Все, включая Карлайла и Митчелла, молчали, пока я перелистывала страницу за страницей своего блокнота, исписанного вдоль и поперек организационными моментами и правилами американского футбола. Я никогда не чувствовала себя более готовой, чем сейчас, поэтому, ступив на территорию стадиона Кэндлстик-Пойнт, я была уверена, что все быстро закончится, и я благополучно пройду тестирование. Людей было меньше, чем на сезонных матчах, но тем не менее половина стадиона была заполнена пришедшими поддержать своих игроков зрителями.
– Так, – я остановила торопящегося в раздевалку Карлайла, – мне записывать на диктофон свое комментирование или что?
Об этой части я не подумала.
Шервуд ухмыльнулся.
– Нет, – он указал на скучающего Робина, – он будет тебя проверять. Мэддокс специально приехал, чтобы провести с тобой предпробное комментирование.
Я захлопала глазами, удивленная этой внезапной новостью. Судя по широкой ухмылке на лице Карлайла, он понял, что моему счастья не было предела, и, отсалютовав, исчез за аркой, оставив меня посреди первого ряда трибун вместе с ничего не предпринимающим Робином и Митчеллом, разрывающим свой телефон клацанием по клавиатуре.
Взглянув на полупустой стадион, я сглотнула и подняла голову к небу, мысленно прося прощения за всё то плохое, что я делала в этой жизни, и упрашивая дать мне чуть больше терпения и сил выдержать этот вечер.
По какой-то неясной причине работать с Карлайлом представлялось мне чуть более веселым и приятным, чем с Робином или Митчеллом, который иногда – всегда – казался мне поверхностным парнем, не заинтересованным абсолютно ни в чем, кроме как своем благополучии.
Я посмотрела на Робина, который уже садился на свободные места, запрокидывая голову назад и выпрямляя ноги на спинке сидения перед ним, и поняла, что этот матч будет долгим.