– Что это? – задала девушка первый попавшийся вопрос, указывая на бумажный пакет, поставленный Власом на декоративный подлокотник между водительским и пассажирским сиденьем.
– Это всего лишь кофе на вынос, Тайсон. Успел сходить, пока ты принимала душ. У тебя все хорошо со зрением? Или ты не спала ночью?
– С чего это? – спросила она, пытаясь придумать хоть что-то, чтобы поддержать их натянутый разговор.
– Ну, не знаю, – Влас притормозил на светофоре и оглянулся на Лизу, поймав на себе ее изучающий взгляд. – Например, думала обо мне? – спросил он с ухмылкой, возвращая внимание на дорогу.
– А это что? – игнорировала она его слова, извлекая из пакета бумажный сверток.
– Такос.
– Мои любимые.
– Брал наугад, – соврал он и, торопливо бросив взгляд в ее сторону, громко чмокнул в воздухе губами, посылая ей воздушный поцелуй.
– Странно это все, – Лиза заправила за ухо выбившуюся кудряшку и посмотрела на него, ожидая его реакции.
– Что именно странно, Тайсон?
– Наше поведение.
– Да, наверное… Такой резкий переход от лапанья друг друга и засовывания языка друг другу в горло до теперешних дружеских переглядываний, препираний и милых разговоров… Согласен. Это все как-то сложно осознать сразу.
Щеки девушки вспыхнули, что в тот же миг, без сомнения, было замечено Власом.
– У тебя такой вид, будто ты обдумываешь мое убийство, Тайсон, – его слова были осторожны и взвешены, но улавливая ее состояние, он нарочно продолжал издеваться над ней. – О чем ты думаешь?
– Убиение. Телесные повреждения. Кровопролитие, – процедила Лиза сквозь зубы.
– Похищение невинности. Добровольное надругательство. Любовь.
– Что?! – она почувствовала, как пол автомобиля уходит у нее из-под ног. Перед глазами помутнело, а сердце забилось в таком быстром ритме, что, казалось, оно вот-вот вырвется из ее груди и пустится вскачь, как мяч по мостовой.
– Мы же в слова играем, так ведь?
Лиза отвернулась от Власа и откусила кусочек такос, что держала в руках. Еда показалась безвкусной до невозможности. После первого кусочка, она вернула закуску в пакет и сосредоточилась на кофе, очень стараясь больше не смотреть на парня. В основном ей это удавалось, но лишь до тех пор, пока автомобиль полностью не остановился, и Влас не повернулся к ней всем корпусом. Глаза предали девчонку. Ее взгляд остановился, прикованный к его губам.
– Правду, Тайсон, – выдохнул он, наклоняясь чуть ближе. – Говори мне правду.
– Говори, где кровью расписаться? – Лиза вжалась в кресло. Если бы она не была ограничена автомобилем, она бы продолжила пятиться назад в поисках путей отступления. От страха и предвкушения у нее перехватило дыхание, и она оглянулась.
– Дышать не забывай. Хотя бы через раз, друг мой, – Влас прикусил губу, скрывая коварную усмешку, и взъерошил ее кудряшки. Тело Лизы откликнулось мурашками на его прикосновение.
– А-а-а! Как же ты бесишь, сэнсей! – она приглушенно зарычала и подняла руки, словно желала задушить воздух возле его шеи.
– Знаю, Тайсон. Очень сильно. Но на друзей нельзя обижаться долго. Так ведь, друг мой? – не дожидаясь ответа на свой вопрос, Влас вышел из машины. Обойдя автомобиль и подойдя к пассажирской стороне, он открыл Лизе дверь и по-джентльменски предложил ей руку. – Ты бы чертовски хотела ненавидеть меня, но у тебя ничего не выйдет, милая, – девушка не стала сопротивляться и приняла его ладонь, пытаясь унять разыгравшуюся тревогу. Она вынырнула из салона автомобиля и поравнялась с парнем. – А еще ты очаровательна, когда смущаешься, милый друг. Думаю, мы прекрасно проведем время… как друзья. – Влас мягко ущипнул ее за щеку, пытаясь поймать ее бегающий взгляд. – Этот поход будет началом нашей большой дружбы. Обещаю, – он протянул ей мизинец, предлагая принести «мизинчиковую клятву», Лиза сдалась и протянула мизинец в ответ.
Взяв из багажника походный рюкзак и закинув его на спину, Влас оставил автомобиль на облагороженной парковке шикарного люксового отеля, расположенного в хвойном реликтовом лесу. Оглядевшись по сторонам, Лиза застыла в изумлении, потеряв дар речи от представшего перед взором великолепного вида на горы и необъятный сосновый бор. Вековые деревья упирались кронами в небесный потолок, нежно царапая его своими макушками. От подножия горы к самой ее вершине вела современная канатная дорога, что вполне органично вписалась в живописный пейзаж и не казалась лишней в этом величии природы.