– Зачем ты вырвала ей волосы? – Влас засунул руки в карманы джинсов, ограничивая себя в движении и приближении к ней.
– Они были лишние. Пусть скажет спасибо, что это не зубы.
– Обожаю, когда ты злишься, – сказал он, изо всех сил пытаясь подавить улыбку.
– Ты псих?
– Возможно. Когда люди влюблены, они часто делают глупости…
У Лизы заурчало в животе. Слишком громко, чтобы скрыть звук, разрывающий тишину в помещении.
– О-о-о, друг мой заговорил. Всегда искренне со мной разговаривал. Не то, что некоторые, – лучезарная улыбка озарила лицо Власа, и Лиза густо покраснела.
– Мне нужно принять душ и если ты не хочешь составить мне компанию… то будь любезен покинь раздевалку, – специально разозлившись и накручивая себя еще больше без известной на то причины, Лиза старалась скрыть свои измочаленные эмоции.
– Дразнишь меня, Тайсон? Нарочно? – он снова поймал ее в объятия.
– Даже не думаю, сэнсей, – она опустила руки вдоль тела и застыла, не двигаясь, чувствуя, как его ладони скользят от ее талии к спине.
– Когда-нибудь мы окажемся в душе. Но не сейчас, а только, когда мы откровенно поговорим. Обо всем. Девочка моя…
– У меня нет на это времени, Влас. Я поступила на высшее и собираюсь найти постоянную работу. Мне ни до разговоров, ни до ностальгии, ни до тебя. В том числе. – Лиза сглотнула. – Пора открывать мир других мужчин, Майоров.
Его губы почти коснулись ее шеи, но услышав последнюю фразу, Влас замер и отстранился, как ужаленный.
– Я очень долго ждал тебя, Тайсон. Теперь вижу, что зря…
– Потому, что ждать шепотом и «про себя», сэнсей, равносильно тому, чтобы быть равнодушным! Наблюдать и ничего не делать – тоже! Поэтому будь любезен – уходи! – кудрявые пружинки волос упали на ее лицо, но Лизавета и не пыталась их откинуть с глаз, в попытках скрыться от его пронизывающего взгляда.
Влас тяжело вздохнул и отступил в сторону, освобождая ей дорогу.
– Привет Алисе, – Лиза отдала воображаемую честь, всё еще пытаясь совладать с эмоциями.
– Обязательно передам, – хлопая дверью, со злостью прорычал Влас.
Глава 3. Страх
Жить беззаботно, расслаблено и свободно нам всегда мешают страхи. Они словно невидимые титры на экране, всплывают перед нами, когда мы замираем в замешательстве перед тем, когда следует сделать выбор и шагнуть в неизвестность.
Изнуряющая жара за день настолько пропитала воздух, что даже после заката солнца, спасительный ветер мучил прохожих удушающей пыткой. Из-за невыносимого сочетания рекордных температур и высокой влажности, в поисках возможности отдышаться люди прятались в помещениях с кондиционерами. Не смотря на разгар рабочей недели, островком избавления от мук стал и бар «Мамонт», радостно приветствующий в своих стенах посетителей и гостей города.
Не обращая внимания на громкую музыку и такой привычный, почти родной шум любимого бара, Лиза застыла на его пороге, взглядом инвентаризируя территорию и проверяя, нет ли в зоне видимости управляющего.
– Добрый вечер, – на плечо девушки опустилась огромных размеров ладонь, больше напоминающая связку бревен, чем человеческую руку. – Вам кого, барышня? – промычала ехидно улыбающаяся и сияющая самомнением «скала».
Лиза отвела взгляд от толпы и повернулась к охраннику.
– Я жду владелицу клуба, – процедила она сквозь зубы, не желая продолжать разговор.
– А-а-а, я понял, – парень наклонил голову набок, изучая девушку раздевающим взглядом. – Кэти предупреждала о вас. Проходите прямо по коридору. Подождите ее в кабинете.
– Я знаю дорогу, – Лиза выпрямилась по струнке и тряхнула плечами, пытаясь отогнать от себя неприятное ощущение после короткой беседы с этим мерзким типом.
– А я и не узнал тебя сразу, Рокки, – широко распахнув глаза «скала» восторженно присвистнула.
– Меня зовут Елизавета, – прошипела она. – На «ты» мы с вами не переходили.
– Оу-оу-оу. Полегче, Лизонька. Сразу в стойку встала. Я к тебе в штаны не лезу, родная. Я просто хотел быть вежливым. Уже и забыла, каким бывает Ник, да, красавица? – парень завершил раздевание девушки взглядом и мысленно прикрыл ее простыней.
– Я подожду в кабинете, – Лизу охватила злость, порожденная ощущением необъяснимой липкой тревоги.
– Раз дорогу знаете, провожать не буду.
Девушка зашла в кабинет Власа и прикрыла за собой дверь. В помещении ничего не изменилось. Все те же стены, все тот же шкаф и стол, все те же воспоминания, что нахлынули без разрешения.
Аромат владельца помещения был настолько интенсивен, словно его разложили на ноты и обжарили каждую на сковороде при закрытых окнах. Он был спрессован и запечатан в этом небольшом кабинете и, казалось, успел пропитать одежду и волосы Лизы, будто она безвылазно провела здесь неделю или искупалась в нем с головой. Оглядевшись по сторонам, девушка неспешно обошла стол и провела по нему ладонью, пытаясь уловить ускользающий призрак присутствия важного ей человека. В ее руках оказалась чашка испитого Власом кофе, что не удосужились убрать местные официантки, и Лиза принялась изучать неказистый рисунок, образованный кофейной гущей, напоминающей форму покосившегося сердца. Девушка улыбнулась собственным мыслям.