- Я засужу тебя, - фырчу злобой и предпринимаю последние попытки выбраться, когда Тимур выволакивает меня на улицу и, развернув спиной, вероломно толкает обратно, так что я падаю на четвереньки на сидение машины.
- Что ты… - не договариваю, потому что этот наглец бьёт меня по заднице, при свете дня, в городе, пусть мы и стоим в парковочном кармане, но рядом оживлённая дорога.
Я не знаю, что во мне перевешивает стыд за происходящее или общее бешенство от этого же.
А Тимур, ничего и никого не стесняясь, снова лупит по моим ягодицам.
- По-моему, тебе заходит, Дина, - ещё и издевается, - грубить ты перестала.
- Прекрати сейчас же, - пытаюсь отползти вглубь машины, но он не даёт, обхватив меня за талию, снова вытаскивает наружу.
Разворачивает к себе, осмотрительно придерживает мои руки, прекрасно понимая, что я пущу в ход кулаки, и вдавливает в себя.
Смотрит требовательно и строго.
- Только так понимаешь, да?
- Что?! – завожусь по новой. – Да кто ты вообще такой. Как ты смеешь, трогать меня…Наглый мальчишка...Хамло..
Не договариваю, потому что он закрывает мне рот своим.
Жёстко и больно целует, проталкивая свой язык глубоко. Подавляет, не разрешая шелохнуться, зажав между собой и машиной. И смотрит при этом в упор черно и жадно.
И я сдаюсь.
Вся моя досада и негодование трансформируются в одно сплошное желание, под его руками и губами.
Нет сил больше сопротивляться ему, да я и не пытаюсь.
Прикрывая глаза, сдаюсь на его волю.
Он чувствует, что я не противлюсь, и ослабляет напор, начинает действовать мягче. Губы больше не давят, теперь реально целуют упоительно и сладко, так что кружится голова, и земля уходит из-под ног.
Крепкие пальцы освобождают мои руки, перетекают на талию, скользят по спине, сходятся на шее, потом на скулах. Ласкают и гладят. И я в ответ обнимаю его за шею, наполняясь его свежим вкусом и ароматом, притягивая ближе, чувствуя, какой он твёрдый и горячий.
Забываю совершенно, где мы и кто мы, на краткий миг, позволив себе отпустить все условности, которые диктует нам повседневная жизнь.
Есть только этот наглый парень, который идёт против всех правил, с его крепкими руками и нежными губами.
Хочется длить и длить этот момент, не разжимать рук, не отрываться…
Как жаль, что это так мимолётно.
Ещё минутку, может, две, я просто побуду женщиной, которая вольна целовать того, кто ей нравится. Вольна выражать это открыто, не боясь последствий. Ещё чуть-чуть, насладиться его вкусом, и побыть свободной и счастливой.
- Ну, ты всё же любишь ласку, кошка, – хрипит Тимур, отрываясь от меня, забирая драгоценные счастливые секунды, окуная в реальность.
Рядом снова шумит дорога, и летний день, наполненный делами и заботами, возвращается. И та дистанция, которая, несомненно, должна быть между нами, тоже.
- Ты ни черта не знаешь обо мне, Тимур, - отталкиваю его, раздосадованная возвратом в прежнюю жизнь. – И не надо за мой счёт оправдывать свою грубость. Думаешь, я не знаю этих приёмов?
Он поджимает губы.
- Прости, я виноват.
Я жду, что последует «но». Оно всегда следует. Я уже привыкла, что виновата именно я, но Тимур молчит.
Снова похож на себя прежнего, без этой жёсткой маски на лице. Смотрит пронзительно, так и хочет продавить мою броню, докопаться до сути.
- Не лезь в это, - отворачиваюсь я. – И ко мне не лезь больше. Ты же неглупый понимаешь, что я несвободна.
- Почему ты не уйдёшь от него? – преграждает мне путь, выставив руку, когда я хочу сесть в машину.
Красивая, мужская, с рельефными мышцами, перевитая жилами, и поросшая тёмными волосками на загорелой коже. Широкое запястье, крепкая ладонь с длинными пальцами. Он и сам красавчик, чего уж.
Молодой только и наивный.
- Может, потому что, я не хочу? – задираю вопросительно бровь.
- Или не можешь?