Несмотря на всё недовольство, он переживает за неё. И я бы с удовольствием послал и его, и её, но сам, пока мы ведём беседу, под завязку набираюсь беспокойством за кошку.
Она только с виду такая бравая и сильная, на самом деле ей тяжело и тяжело из-за него.
- Я съезжу, - кидаю короткое и уже хочу отключиться, прикидывая, как быстрее вызвать такси, как Горин выдаёт мне ряд указаний, как пройти через консьержа, и обязательно доложить по результату, и убедить Дину набрать ему.
Такси подъезжает быстро. К своим я не возвращаюсь, лишь Генке скидываю короткое сообщение, что появилось срочное дело, и мне надо уехать.
По дороге набираю Дину, но её трубка в отключке. И моё волнение растёт как снежный ком. Стараюсь не психовать, и не выдумывать события раньше времени, но в голову лезет всякое. И дай бог, чтобы она просто решила позлить Горина, и не отвечать на его звонки, а не то что неминуемо, лезет мне на ум.
Такси тормозит перед воротами комплекса, и быстро расплатившись, выхожу к кованой калитке, провожу картой-пропуском и лечу к подъезду.
Торможу у стойки консьержа, и, поздоровавшись, говорю, что я от Горина, и прошу связаться с квартирой Дины. У них тут в доме внутренняя связь, как в гостиницах.
Мужик средних лет, в опрятной форме, сперва придирчиво изучает мой паспорт и записывает данные, и только потом, под моим тяжелеющим взглядом, набирает квартиру Дины.
Я же параллельно набираю её на телефоне. Результат всё тот же, а вот консьержу везёт.
- Дина Александровна, добрый вечер! – говорит он в трубку, и меня отпускает.
Я выдыхаю.
- Дина Александровна, к вам пришли, - рапортует он.
Молчит, слушает.
- Ермолов Тимур Русланович, - читает из своего журнала, кивает и кладёт трубку.
- Проходите, молодой человек, - указывает на лифт.
И для меня это честно сюрприз. Кошка зовёт в гости. Вполне ожидаемо было бы, если она послала меня.
- Какой этаж? – спрашиваю консьержа, подходя к широким створкам лифта.
- Пятнадцатый этаж, пентхаус, - отвечает он, провожая меня внимательным и цепким взглядом.
Удивлённый свист я проглотил, чтобы совсем не выглядеть идиотом.
У кошки золотая клетка!
Хотя чему удивляться, Горин член совета директоров крупной нефтедобывающей компании, и может себе позволить содержать свои игрушки в роскоши, и сами игрушки выбирать тоже роскошные.
Двери лифта открываются прямо в её квартиру.
В прихожей никого. Темно. И лишь из гостиной тонкой полоской падает тусклый свет и играет музыка.
- Дина! – зову и медленно прохожу, уже примерно представляя, что увижу, но реальность не идёт ни в какое сравнение, с моими домыслами.
Дина танцует посреди гостиной, в одном длинном, белом пеньюаре, с бокалом в руке.
Её роскошная фигура чётко выделяется на фоне панорамного окна, за которым ночной город.
Мягкий свет, падающий от высокого торшера, точно подсвечивает её, и я вижу, на этот тусклый просвет, через тонкий шёлк, всю её фигуру. Высокую, аккуратную грудь, с яркими ореолами и торчащими сосками, линию рёбер, и выемку пупка на впалом животе. Просвет между бёдрами, очертание ягодиц, и бесконечно длинные ноги.
Она с закрытыми глазами, качается под мелодию, такая трогательная и одинокая. Взбивает пальцами свои короткие волосы и ведёт острыми плечами так, что падает одна из тонких бретелей, почти обнажая грудь. Но она не возвращает её на место, продолжает танцевать, не открывая глаз.
Я не пойму, замечает ли она моё присутствие, или настолько поглощена танцем, что не видит меня. Хотя всё это смахивает на умелое соблазнение, потому что я не могу оторваться от неё. И в то же время противоречит всему, что она мне вколачивает с первого дня знакомства. И идёт прахом, потому что ничего соблазнительнее я никогда не видел.
Красивая женщина, ночной город и лиричный джаз.
С её плеча падает вторая бретель, а за ней и весь остальной шёлк скользит по коже к ступням, обнажая её тело. Я прослеживаю его путь, видя всё это точно в слоумо, а когда возвращаюсь взглядом на лицо, Дина смотрит прямо на меня.