Мне хочется растянуть её агонию, и в то же время я понимаю, что не выдержу долго. В паху ломит и горит, а член болезненно дёргается, но я упрямо длю наши сладкие муки. Хочу, чтобы кричала, просила, умоляла.
Она сейчас так прекрасна в своём безудержном кайфе. Без этой надменной маски. С распахнутыми алыми губами, выгнутой спиной, острой грудью. Её стоны как музыка для моих ушей, и я увеличиваю громкость, погружаю в её тесноту сразу два пальца.
Дина выгибается, беспорядочно сжимает пальцы, в зажатых мной ладонях, впиваясь ногтями мне в кожу, и стонет громко и надсадно.
- Тимур! Тимур!
- Давай, кошка, попроси меня, - наконец получаю ту реакцию, что ждал.
Позвоночник окатывает огненной волной, ухая тяжестью вниз живота.
- Давай, Дина, скажи это, - сам надсадно дышу, чувствуя её дрожь и влагу, что течёт мне на пальцы.
- Хочу тебя, Тимур, - сбивчиво шепчет, мотая головой из стороны в сторону, ритмично двигая бёдрами, сама насаживаясь на мои пальцы. – Да, да…
Закатывает глаза. Тело выгибается, дрожит и замирает, блестя бисеринками пота, и я наклоняюсь, слизываю их, чувствуя все её вибрации и громкий стук сердца.
Пережидаю её яркий финал, и когда она расслабляется, освобождаю пальцы, вытягивая горячую влагу её оргазма, на подрагивающие бёдра. Отпускаю безвольные уже руки и переворачиваю на живот.
Ложусь сверху, полностью накрыв собой, и медленно погружаюсь в податливое, мокрое лоно. Не отказываю себе в удовольствии прикусить её за основание шеи, там, где лепестки одуванчика летят птицами, и заряжаю по-полной, наконец, погружаясь в нирвану.
- Я бы мог тебе помочь, если бы ты со мной поделилась, - решаюсь первым нарушить молчание после того, как нас снова в унисон снесло в яркий оргазм.
Сердце как раз перестало бешено дробить, а голова Дины стала тяжелеть на моём плече.
Но после сказанных мной слов расслабленное тело мигом напряглось.
- С чего ты взял, что мне нужна помощь? – она оттолкнулась и села, уставившись в окно, на ночной город.
- Тебя устраивает то, кто ты? – не стал ходить вокруг да около.
- И кто я, Тимур? – насмешливо спрашивает не оборачиваясь.
И мне кажется, что ей совсем не смешно.
- Содержанка, - произношу и отчётливо вижу, как она вздрагивает.
- И что? – наконец оборачивается, и неон её голубых глаз снова морозит меня. – Что, по-твоему, меня не устраивает? Мне всё нравится.
- Зачем тогда со мной трахаешься? - знаю, что звучит грубо, но я закипаю.
Опять она пялит эту свою броню.
- Хочу и трахаюсь, - Дина встаёт, распрямляя гордо плечи. – И на сегодня, пожалуй, хватит, ты можешь идти.
- Дина, почему ты боишься мне довериться?
- А ты кто такой, Тимур? – просто убивает взглядом.
- Кто я? – усмехаюсь, не веря своим ушам. – Ты же только что стонала подо мной, прижималась...
- И что? Больше этого, тебе всё равно не светит, так что не лезь ко мне в душу, малыш, оставь это для какой-нибудь наивной девочки, - некрасиво кривит губы в неестественной улыбке.
- А с ним ты тоже так же играешь? – вскипает во мне злость. – Такая же мокрая и покорная? Или ему другие игры заходят?
Знаю, что несу ересь, но меня бомбит от её холодности. Ведь и десяти минут не прошло, после того, как она таяла в моих руках, а сейчас выглядит такой прожжённой сукой.
- Тебе лучше уйти, позвонить Олегу и придумать отговорку, - не удостаивает вниманием она мои слова.
- Не надо меня инструктировать. Я не боюсь твоего Олега!
Собираю по полу вещи.
Я настолько уязвлён, что физически чувствую горький вкус досады, что оседает на языке.
Дина тоже находит свой пеньюар, натягивает его, пряча обнажённое тело, отступает к окну, отворачивается и замирает.
И снова, мне кажется, надрыв в её опущенных плечах, и склонённой голове. Она привыкла обороняться, а я повёлся.
- Дина, я…
- Уходи, Тимур, - обрывает меня, даже голову не повернув, и я так и замираю, с протянутой к ней рукой.