Голубые глаза Гильермо смотрели на нее с такой мольбой, с таким страданием!..
Сандра помолчала, потом сказала:
– Правда, сынок. Я была в стесненных денежных обстоятельствах. И для меня это было более чем естественно, но с тех пор я очень изменилась. И знаешь, с каких? С тех самых, как мы с тобой познакомились. Стоило мне тебя увидеть, и я поняла, как много ты для меня значишь. Посмотрев тебе в глаза, я узнала, что такое добрая душа. Тебе было все равно, кто я такая, ты преподал мне урок, когда ни в чем не сомневаясь, назвал меня мамой. Я полюбила тебя, Гильермо.
– Извини меня, мама, извини. Ты так нужна мне, – всхлипнул большой мальчик Гильермо.
– Я знаю, сынок, и ты мне тоже! – ответила юная мама Сандра.
Хосе Луис дожидался у Исамар возвращения сестер с кладбища. Из Энсинады после похорон Долорес они приехали очень усталые. Агирре с Элисендой, которые тоже ездили на похороны, тут же собрались домой и пообещали завезти домой Хулио. Марта сказала, что побудет у сестры. Задержался ненадолго у Исамар и Архенис.
– Я должен принести вам свои извинения, – заговорил Хосе Луис, я подвел вас как адвокат, не смог найти улик против Фернандо Мальдонадо, и завтра его отпускают.
Гойо с Архенисом стали успокаивать его.
– Однажды Фернандо все-таки совершит какую-нибудь оплошность, и мы схватим его за руку, – сказал Архенис.
– Теперь для нас это будет куда сложнее! Матерый убийца станет стократ осмотрительнее, – вступила в разговор Марта.
– А мы стократ внимательнее, – утешил ее Архенис и, попрощавшись, ушел, его ждали в больнице пациенты.
– Как я не хотел вас подводить, как не хотел, Исамар! – горевал Хосе Луис Альварадо.
Глава 43
И вот настал день, когда дон Фернандо Мальдонадо должен был стать опять свободным и полноправным гражданином. Он был в превосходном настроении и со снисходительной благожелательностью похлопывал по плечу бывшего своего охранника:
– Вы – дельный полицейский, все это время вы верили в мою невиновность. У вас наметанный глаз, раз вы сразу отличаете преступника от честного человека.
– Спасибо за доброе мнение, дон Фернандо, я только исполнял свой долг.
– Исполнение долга и есть самое главное достоинство, именно поэтому мне бы хотелось, чтобы вы работали у меня. Вам нужно место с перспективами.
– Что ж, подумаю, дон Фернандо. И еще раз благодарю вас, – отвечал полицейский.
С той же благожелательной развязностью дон Фернандо обратился и к директору тюрьмы.
– От имени всей моей семьи и от своего собственного благодраю вас за освобождение. Не надо извинений! И правосудие имеет право на ошибку, не так ли? – сияя улыбкой, сказал дон Фернандо.
И получил совершенно неожиданный для себя ответ:
– Вы ошибаетесь, сеньор Мальдонадо. Мне не в чем извиняться, я отпускаю вас против собственной воли.
– Что вы этим хотите сказать? – дон Фернандо выглядел крайне удивленным. – Доказано же, что я ни в чем не виновен.
– Нет, дело обстоит не совсем так: не нашлось достаточно доказательств вашей виновности. Обвинения я считаю обоснованными. И не сомневаюсь, что на вашей совести не одно убийство, но на этот раз вы выиграли, так идите же! Но очень скоро мы увидимся вновь.
– Ваше дело отпереть мне двери, а не читать морали! Так вот и займитесь свои делом, – скомандовал дон Фернандо уже без всякой благожелательности.
Толпа репортеров запрудила улицу. Они не давал прохода Алехандро, который все же приехал встретить отца. Не давали прохода и Исамар с Мартой, которые приехали убедиться, что правосудие осуществляет величайшую на свете несправедливость. Алехандро холодно отвечал, что ему нечего сообщить прессе. То же самое отвечали и Марта с Исамар.
– Вы собираетесь требовать проведения дальнейшего расследования? – добивался ответа один из журналистов у Исамар.
– Этот вопрос в ведении нашего адвоката, – отвечала она.
Толпа взревела, когда появился сияющий Фернандо. Он протянул руку, призывая прекратить выкрики и, улыбаясь, сказал:
– Спокойно, дорогие журналисты! У меня для вас есть заявление. Вы видите меня и видите, что я на свободе, и это потому, что я ни в чем не виновен. Я не совершал никаких преступлений, я всегда чтил закон и был ему послушен. Я знаю, что правосудие на моей стороне. На досуге я подумаю и о своих недругах. А пока я думаю только одно: я свободен и не виновен, господа!
– Ты – убийца, убийца! И ты, Рейнальдо, тоже! И вы должны ответить за свои преступления! – прокричал одинокий голос.