Элисенда сияла, в новом ярко-синем платье, которое она знала – ей очень к лицу, она сидела за столиком и с небрежным любопытством поглядывала по сторонам. И вдруг… Столик их был почти возле оркестра. И вдруг… Вдруг лицо Элисенды изменилось. Господи! Да неужели? Только этого ей не хватало!
Больше она уже не наслаждалась роскошным рестораном, нарядной публикой, музыкой…
Самуэль на несколько минут отлучился, и к Элисенде подошел пианист из оркестра, высокий голубоглазый не слишком молодой и уже изрядно плешивый человек.
– Привет, Элисенда! – весело сказал он. – Вот мы с тобой и встретились. А как наши девочки?
– Тебе никогда не было дела до наших девочек! – зашипела Элисенда. – Нашел время, когда спрашивать о них!
– Похоже, наконец, настало время мне с ними увидеться! – продолжал он. – Как-никак я им отец!
– Мы еще поговорим об этом, Макс! Мне кажется, у нас еще найдется время.
– Конечно, Элисенда! Сейчас у меня очередной номер, и я посвящу его тебе. А после шоу ты познакомишь меня со своим мужем Фернандо Мальдонадо.
– Как? Ты и об этом знаешь?
– Здесь не трудно все выяснить, Элисенда, – Макс широко улыбнулся и сел за пианино.
– У меня так болит голова, дорогой, – пожаловалась Элисенда вернувшемуся Агирре. – Я больше не высижу здесь ни секунды.
– Но ты же мечтала о шоу, – удивился Агирре.
– Но мигрень, мигрень, – простонала Элисенда.
Осведомившись после шоу о сеньоре Элисенде и Фернандо Мальдонадо, джазовый музыкант Димарсо получил ответ, что сеньора Мальдонадо с сеньором Агирре ушли еще до представления…
Макс только головой покрутил.
Но на следующее утро к нему в номер пришла Элисенда. Ей тоже не составило труда узнать, где он остановился. Хотя своими расспросами, где остановился сеньор Димарсо, она весьма удивила Деяниру.
– После того, как ты бросил нас Брюсселе!.. – с этого начала Элисенда.
– А ты меня выгнала в Париже! – подхватил Макс. – Давай не будем ворошить прошлое. Скажи лучше, кто ты: Мальдонадо или Агирре и как наши девочки?
Элисенда тоже не хотела ничего ворошить, кого-кого, а ее ничуть не радовало воскресшее прошлое. Оно сулило ей только новые сложности и огорчения, и она всеми силами стремилась избавить себя от них.
На настойчивые просьбы Макса повидаться с дочками Элисенда, наконец, выдавила из себя:
– Видишь ли, Макс, у наших девочек несколько иное о тебе представление… Они не знают, что ты джазовый музыкант, представление о тебе у них… как бы это сказать?.. – более возвышенное…
– Что ты наплела им про меня, Элисенда?
– Сказала, что ты итальянец-аристократ.
– Неужто из дворян? – захохотал Макс. – И кто же? Князь?
– Граф, – стыдливо потупилась Элисенда.
– Ну и дела! Но ничего, Элисенда. Когда мы познакомимся, они узнают меня поближе и примут таким, каков я есть.
– Нет-нет, я не хочу, чтобы ты с ними встречался! Ты не должен появляться!
– Но почему, Элисенда? Они же, в конце концов, мои дочери, они простят меня.
– Ты ничего не понимаешь, Макс! Я не могу познакомить тебя с нашими дочерьми, потому что они думают, что ты… умер…
– Да ты просто ненормальная, Элисенда! – разозлился Макс. – Как ты смела меня похоронить?
Тут Элисенда ощерилась:
– А что ты хотел, чтобы я им сказала? Что ты их бросил? Что тебе на них наплевать? Нет, менее жестоко и оскорбительно было относиться к тебе как к покойнику!
– Тогда тебе придется вернуть меня с того света! Я буду не я, если не увижу своих дочерей, и немедленно! – кричал Макс.
На ссоры и разборы у них ушел почти целый день. Элисенда была довольна, что хоть как-то удержала Макса от немедленных действий и как-то сумела с ним договориться.
Все это время Агирре очень волновался, Элисенда никогда так надолго не уходила из дома. Как только она вошла, Самуэль приступил к ней с расспросами.
– Я была на заседании благотворительного комитета, – отвечала Элисенда, – и мы ходили по таким кварталам, где не было даже телефона, я никак не могла тебе позвонить…
– Не добивайся правды, папа, – ядовито сказала Марта, которая зашла навестить отца и которой Деянира рассказала об утренних поисках Элисенды. – Вряд ли она тебе понравится.
С этими словами Марта ушла.
Вскоре зазвонил телефон. Элисенде сообщили, что у Эстефании начались преждевременные роды. Во избежание перенапряжения ей собирались завтра сделать кесарево сечение.
Глава 51
В дверь позвонили и, открыв ее, Марта увидела перед собой незнакомого мужчину средних лет.