– Да, пожалуй, ты прав! – вынужден был согласиться Фернандо.
Чтобы помириться с Габриэлой, Алехандро пришлось сознаться, что он действительно был в Энсинаде и виделся с Исамар. Этим он, правда, и ограничился в своих признаниях, зато вполне искренне заверил Габриэлу, что с Исамар у него в дальнейшем не может быть никаких отношений. Габриэла, скрепя сердец, приняла это заверение, и желанный, хотя и хрупкий, мир опять наступил в их доме.
Но вот нелепый случай свел прямо на улице Алехандро и Хосе Луиса. Последний, как и прежде, не удержался от оскорблений, кричал, что все Мальдонадо – преступники, и побег из тюрьмы убийц Гойо лишний раз это доказывает. Алехандро не стерпел очередной нападки Хосе Луиса, и между ними завязалась драка. Присутствующая при этом Габриэла бросилась разнимать дерущихся, пытаясь остановить, прежде всего, Алехандро:
– Не надо, не трогай его! Нечего об него даже руки пачкать!
– Напрасно вы так защищаете этого сеньора! – вдруг прекратив драку, обратился к Габриэле Хосе Луис. – Вы лучше спросите у своего мужа, почему вот это, – он достал из кармана крестик, – оказалось у Исамар? Да, возьмите, эта вещица принадлежит вашему мужу!
Алехандро решительно отказался давать какие-либо объяснения по поводу крестика, и Габриэла в полном отчаянии снова отправилась к Исамар.
– Ты не смеешь преследовать Алехандро! – не узнавая своего голоса, гневно говорила Габриэла. – Он живет со мной! А у тебя есть жених!
– Габриэла, я не позволю тебе приходить в мой дом с оскорблениями! – сохраняя внешнее спокойствие, заявила Исамар.
– Ах, так! – возмутилась Габриэла. – Значит, я возвожу на тебя напраслину? А что значит этот крестик, который мне отдал твой жених? Скажи, Исамар, где он это взял? Не у тебя ли в комнате, где вы с Алехандро провели ночь?
– Все, Габриэла, хватит! – не сдержалась, наконец, Исамар. – Уходи! И впредь разбирайся с Алехандро сама, если он – твой муж! А меня прошу не впутывать в ваши отношения.
– Я уйду! – с обидой произнесла Габриэла. – Но запомни: тебе не удастся отнять у меня Алехандро. Я буду бороться за свою любовь!
После таких заявлений Габриэлы Исамар всегда хотела отойти в тень, навсегда забыть Алехандро, который, вероятно, дает основания этой женщине вести себя подобным образом. «Наверное, он ее все-таки любит, – с горечью думала она. – Не так, как меня, но любит!» Воспоминание о Хосе Луисе тоже причиняло ей только боль, особенно после того, как он отдал Габриэле крестик. В который раз приходилось соглашаться с Архенисом: Хосе Луис не может принести ей покоя и счастья.
Вернувшись из Энсинады, Марта снова поселилась в доме отца, поскольку жизнь с Исамар под одной крышей теперь стала невозможной. Самуэль догадался, что между сестрами произошла какая-то размолвка, но ни о чем не спрашивал дочь. Элисенда тоже старалась быть по отношению к Марте внимательной, без излишней навязчивости. Однако, несмотря на всю деликатность домашних, Марта постоянно раздражалась.
Как-то Каролина пришла к ним в гости вместе с Очоа, и тот, не придав особого значения своим словам, сказал Марте:
– Я недавно в одном случайном разговоре услышал, что вы были помолвлены с Алехандро Мальдонадо, и очень этому удивился.
– Что ж тут удивительного? – вспыхнула Марта. – Ведь вас же не удивляет, что Каролина была любовницей Рейнальдо Мальдонадо? – и, заметив, как переменился в лице Очоа, добавила: – Ах, простите, кажется, я действительно сообщила вам нечто для вас неожиданное!
Эта выходка Марты надолго испортила отношения Пабло и Каролины, самой же Марте она не принесла даже малейшего удовольствия. По-прежнему ее настроение было мрачным и угнетенным.
Лишь однажды оживилась она, когда Элисенда принесла домой свою маленькую внучку Джульету. Марта играла с девочкой, пеленала ее, кормила. А затем вместе с Элисендой понесла ее обратно к Хулио Сесару.
– Знаешь, – отвела она в сторону Хулио, – я хочу предложить тебе свою помощь! Ты остался один с двумя детьми, у тебя стесненное материальное положение…
– Я очень благодарен тебе, Марта, – прервал ее Хулио Сесар, – но материальная помощь мне не нужна!
– Речь идет не просто о деньгах. Я могла бы вообще взять на себя заботу о Джульетте: дать ей хорошее воспитание, образование, дать ей свою любовь!
– Я тебя не понимаю! – насторожился Хулио Сесар.
– Позволь мне удочерить Джульетту! – пояснила свои намерения Марта.