Леонардо в тяжелые для себя времена стал искать ее общества. Ее неизменная доброжелательность и надежность приносили ему душевный покой, и он был очень благодарен на них милой, веселой Мишель. Но не прошло и нескольких недель, как супруги помирились. Горько стало Мишель, когда к ним в офис явилась высокомерная красавица Каролина и как хозяйка уселась в их рабочей комнате. Леонардо вышел в соседнюю комнату к телефону, и Мишель не могла удержаться, чтобы не сказать:
– Какой, однако, цинизм!
Каролина подняла на нее свои темные, не знающие стыда глаза, и процедила:
– У моего мужа хороший вкус, он ценит красоту, а в остальном – слеп!
- Действительно, он даже не видит, что ты шлюха! – вдруг неожиданно для себя выпалила Мишель. Да нет, не неожиданно: она видела Каролину и в обществе других мужчин, и по-женски чувствовала, с кем имеет дело.
– Может, и так, – издевательски протянула Каролина. – Но что поделаешь, если меня любят!
Мишель буквально задохнулась от негодования, возмущения, бессилия. А Каролина сидела и торжествующе улыбалась.
Вошел Леонардо:
– Пойдем, дорогая, нас ждет прекрасный обед! – обратился он к Каролине.
- Всего доброго, Мишель! – ласково попрощалась Каролина и выплыла из комнаты.
А Мишель осталась, осталась со своей болью и бессилием перед человеческим бесстыдством и слепотой. Она даже не заметила, как в дверь вошел Гойо.
С ним они тоже успели подружиться за время работы над проектом Исамар, но теперь он пришел оформлять документы, поскольку Исамар выходит из дела: проект, который сломал ей судьбу, закрывался.
– Очень жаль, – печально сказала Мишель.
– Ты не представляешь, как и мне жаль! – подхватил Гойо. – И жаль не проекта, рано или поздно, мы доведем его до конца, но я так дорожу возможностью видеть тебя, Мишель!
Гойо смотрел на нее с такой преданностью, что Мишель невольно ласково улыбнулась ему.
– Может, мы вместе поужинаем? Я вижу, у тебя сегодня не слишком веселое настроение! – предложил Гойо.
– Спасибо, Гойо, с удовольствием!
Но Мишель вовсе не хотелось, чтобы у Гойо возникли какие-то иллюзии на ее счет. За бокалом вина она честно рассказала ему о своей несчастной любви к Леонардо, и ей стало опять до того горько, что она прибавила:
– Я хочу напиться, Гойо, хочу напиться!
Гойо удерживал ее, был необыкновенно нежен, но что он мог поделать? Только отвезти бедняжку Мишель к ним с Исамар домой, потому что оставлять ее одну в том состоянии, в каком она оказалась после ужина, не представлялось возможным.
Исамар посочувствовала Мишель, и они с Питой быстренько уложили ее в постель. Отправился спать и Гойо, печально улыбаясь.
На следующее утро сдержанной, застенчивой Мишель было ужасно неловко перед Исамар, Гойо и Питой за вчерашний вечер.
– Да что ты, Мишель! – ободрила ее Исамар. – Я так тебя понимаю! И потом: я всегда относилась к тебе с симпатией.
– Да, мы понимаем друг друга, Исамар, очень хорошо понимаем… Я ведь знаю, почему ты не вышла замуж за Алехандро, я ведь своими глазами видела, как он с Каролиной выходил из гостиницы… Накануне свадьбы! Я бы тоже не смогла… – говорила Мишель, торопливо допивая кофе.
– Ты сейчас на работу, Мишель? Я приготовила тебе платье.
– Спасибо, Исамар, – Мишель от души расцеловала Исамар. – Мы с тобой настоящие друзья.
– Конечно, Мишель, – также горячо ответила Исамар.
Только проводив ее, она могла отдаться своему горю: как невыносимо ей было думать, что Алехандро изменял ей! И с кем! Вполне возможно, у них давняя связь, и письма Каролина подменила из понятной женской ревности. А как же тогда Марта? Что ж! Может, и правда, он такой же, как вся семья Мальдонадо, жадный до удовольствий, до женщин? Да может ли быть, что Алехандро был таким же, как Рей? Исамар стало страшно и непереносимо больно – она могла понять чувство, но циничного распутства простить не могла!
Виолета расцвела, похорошела. Она училась в университете, работала у Исамар, и с Гильермо у них были чудесные, безоблачные отношения – он был так к ней привязан, так любил ее! Это и понятно, он ведь был так одинок: у дона Фернандо, Алехандро, Рея – у всех у них была своя жизнь, и он никогда не знал материнской ласки, впрочем, как и остальные сыновья дона Фернандо. Права Энкарнасьон: несчастливая судьба у мальчиков из семьи Мальдонадо, все они росли без материнской заботы! Потому им всем так и хотелось семьи, хотелось иметь хорошую жену, детей, которых они растили бы не так, как растили их самих…