– Стой тут, – отпустил её и пошел вдоль коридора, оставляя Арину возле высокой двери шоколадного цвета.
Послушно осталась на месте, снимая пальто, в котором становилось жарко. Жарко. Ещё недавно она и мечтать не могла о таком состоянии.
Самойлов ненадолго скрылся из виду, лениво зайдя в одну из комнат, а вскоре вышел, держа в руках какие-то вещи. Быстро приблизился, изменяя своей расслабленной манере, и всучил Арине махровое полотенце и серый халат.
– Женской одежды у меня нет, к сожалению или к счастью, так что вот… – указал на халат и выхватил пальто из её рук. – Удачи, – опустил дверную ручку, приоткрыл дверь и пошагал к лестнице.
Выслушав его отдаляющиеся шаги, ещё раз взглянула на халат и, глубоко вздохнув, зашла в ванную. Нащупала выключатель – получилось отыскать не с первого раза – и небольшая ванная комната утонула в ярко-желтом свете.
Бежевая палитра и строгая геометрия. Квадратные умывальники, прямоугольная ванна, кафель в форме ромбов. Лишь одно исключение – стеклянная душевая кабинка выглядела отшельником среди бежевых деталей интерьера. Насыщенно-фиолетовое стекло. Да, он точно владелец «Аметиста». Или любитель фиолетового. Настроя по жизни и цвета.
Закрыла дверь на замок и бросила вещи на стиральную машинку. Быстрыми, рваными движениями разулась, сбросила кофту и грязные джинсы, красное белье слетело на сверкающий кафель.
Спустя минуту она наслаждалась горячими каплями, окутывающими усталое раненое тело, смывая грязь, кровь и даря желанное полноценное расслабление мышцам. Насчитала много кровоподтеков и мелких порезов на теле, но попытки вспомнить, как довела себя до такой жизни, лишь усиливали головную боль.
Вымыла волосы, пропитывая пряди ароматом мужского шампуня, но старательно минуя рану на виске.
Уже стоя перед зеркалом, вытирая мокрые волосы полотенцем и гоня мысли о непонятном благородстве мужчины, заметила широкий белесый шрам на левом плече. Нахмурилась и по наитию стала исследовать себя на предмет отметок. Продолговатый рваный шрам на ребрах сразу бросился в глаза. Застыла, пытаясь вспомнить те моменты, которые привели к подобному… Пусто. Она не помнила историю уродливых отметин.
Снова надела красное белье, так стало уютнее. Не смогла себе позволить надеть халат на голое тело. Чувствовала себя беззащитной, а осознание того, что под халатом есть ещё какая-то одежда, дарило психологический покой.
Выключила свет и вышла из ванной. Кто-то живет прошлым и визуализирует красочное будущее. Ей же оставалось жить секундами, отчаянно пытаясь выудить из головы хоть полминуты из прошлой жизни, а о будущем даже не мечтать. Его нет у тех, кто лишился прошлого.
Медленно спускалась по лестнице, погруженной в полумрак, придерживая подол халата, во избежание падения и новых травм.
Звон столовых приборов и мелодичное посвистывание Самойлова звучали где-то рядом.
– Незнакомка! – веселый голос заставил застыть на последней деревянной ступеньке. – Иди на мой голос!
Ступив на теплый пол, пошагала к узкому коридору. По ощущениям, голос доносился из первой комнаты. Остановилась в дверном проеме и мельком осмотрела небольшую кухню. Та же бежево-шоколадная гамма, но уже с вкраплением белого цвета.
Макс поставил красную тарелку с печеньем на прямоугольный стол и не без интереса посмотрел на Арину, склоняя голову набок.
– Выглядишь лучше, – скупо ухмыльнулся. – Но раны на лице надо обработать.
Самойлов вмиг переключил своё внимание на щелкнувший электрочайник, Арина бесшумно прошмыгнула к столу, с ножками в виде переплетенных тонких спиц, и села на твердый стул с невысокой спинкой.
– Чай с лимоном, – красная кружка громко приземлилась на столешницу. – Сахар, – так же громко поставил стеклянную, широкую емкость. – Это вилка, – продемонстрировал ложку и бросил рядом с кружкой.
Нахмуренно взглянула на прибор, пытаясь сообразить, в чём подвох и зачем мужчина пытается свести с ума.
– Это же ложка, – осипшим голосом опровергла слова мужчины.
– Так всё-таки помнишь? – резко повернулся, изучая её хитрым взглядом.