– Ты ездишь без охраны? – полушепотом спросила, когда мужчина приоткрыл водительскую дверцу.
– У меня пока всё не так плохо, – и он эффектно закрыл дверь перед носом Арины.
Округлив глаза, всматривалась в тонированное стекло, через мгновенье скользнувшее вниз.
– Искренне прошу занять пассажирское место, – патетично пропел, и стекло с тихим шелестом поднялось.
– Ну и манеры, – недовольно пробурчала, обходя массивный внедорожник.
Забралась в машину, не игнорируя порог, и специально громко захлопнула дверь. Скрестила руки на груди, исподлобья глядя вперед.
– Не хнычь, – он вдавил педаль, и ворота открылись в унисон с тем, как тронулась машина. – Наверное, Арина.
– Не хочу показаться навязчивой…
– Так уже показалась, – пренебрежительно указал, давясь сигаретным дымом.
– Тебе не понять моё состояние, – без истеричных ноток в голосе пыталась достучаться до странного спасителя. – Мне даже зацепиться не за что, чтобы начать раскручивать этот кокон. Кроме долбаного сна…
– Какого сна? – прервал, поворачивая руль и виляя по дороге.
Поджала губы и слегка поморщилась. Ведь не хотела посвящать мужчину в…
– Эй! Я задал вопрос!
– Ладно, – сдалась и глубоко вздохнула, насыщая легкие сигаретным дымом. – Эти дни, пока я болела…
– Ты бредила из-за высокой температуры, и всё время просила яблок, – опять беспардонно прервал. – И врач сказал, что тебя щедро по голове ударили, так что… Хотя продолжай.
Провела взглядом бледное облако сигаретного дыма и вновь взглянула на Макса.
– Мне снился какой-то мужчина, – начала описывать то ли сны, то ли видения. – Он сидел в кресле, в руке держал пистолет. Ничего не делал, просто сидел, смотрел на меня. У меня такое впечатление, что этот сон я видела постоянно. Но я не запомнила толком внешность…
– Приснится же, – фыркнул, едва сдерживая улыбку.
– Так и знала! Не надо тебе рассказывать. Тебе б только поржать.
– У-тю-тю. Затянись и расслабься, – предложил сигарету, от которой Арина гневно отмахнулась. – А чем же ещё жить? Когда вокруг всё рушится, нужно смеяться и шутить. А то рухнешь вместе с системой.
– Так твоя система рушится? – ухватилась за слово.
– Где уже этот торговый центр, мать его? – пробурчал, всматриваясь в лобовое стекло.
Едва сдержала смех. Видимо, Самойлов ляпнул что-то лишнее и не желал развивать тему крушения чего-то там. Но высматривать торговый центр в окне, когда автомобиль окружали одни полуголые деревья… странный-странный дядя.
Всю долгую дорогу ехали в скупом молчании. Самойлов мчал, игнорируя правила и безопасность, будто желал раньше начать и раньше закончить ненавистный шопинг.
Её же атаковали одни и те же мысли. Кто тот мужчина, так навязчиво вторгающийся в каждый сон.
*****
Нахмурив брови, рассматривала брючный костюм кофейного цвета. Такой стиль совершенно не нравился. Как будто нечто чужое.
Битый час расхаживала по магазину, внимательно рассматривая одежду. Пытаясь найти себя в том или ином стиле, вспомнить свои предпочтения, отыскать родную цветовую гамму.
Минуя стеллажи, вешалки, разговоры консультантов и покупателей, бродила, изучая одежду и прислушиваясь к малейшим эмоциональным откликам.
– Как раз твой размер, – прозвучал грустный голос за спиной. – Бери и валим отсюда.
– Нет. Мне не нравится, – выронила из рук брюки и вернулась к рассматриванию рубашек. – Зачем покупать то, что никогда не наденешь?
– Господи, за что мне это? – жалостливо протянул Самойлов.
Прикрыла лицо ладонями, приглушая заливистый смех.
– Угу, очень смешно, – тихо комментировал. – Надо было человека к тебе приставить и всё, а самому по делам ехать.
– Надо было, – кивнула, бросая на него невинный взгляд. – Чего ж ты так протупил?
– Я думал, что выдержу, – смотрел исподлобья.
– Жизнь так трудна, Самойлов, – театрально развела руками и повесила на его предплечья несколько рубашек.
Он цокнул языком и переложил уже выбранные вещи на одно предплечье. Да, сегодня он играл роль вешалки, но послушно и с кислым выражением лица топал следом.