– А по поводу поломок… – озадаченно проговорил Давид. – Всё-таки послушай меня. Совпадений не существует.
*****
Очередная сумка с глухим звуком приземлилась на бежевый паркет гостиной, что окуналась в полумрак.
Арина скрестила перед собой нервные руки и внимательно взглянула на веселого Самойлова. Мертвая мимика ожила. Искренне улыбаясь, он посмотрел на Арину. Глаза блестели лихорадочным, больным азартом. Безусловно, эта драгоценная макулатура на полу доставляла ему счастье. И счастье измерялось не в рублях.
– Это будоражит сильнее всякой власти? – хитро ухмыльнулась.
– Власть – инструмент для заработка больших денег, – расслабленно приблизился. – Когда у меня её не было, я зарабатывал гораздо меньше.
Медленно опустила руки, ломая самолично возведенный барьер, когда мужчина стер последний шаг между ними. Обнял за талию и вмиг прижал к себе. Без раздумий и лишних пауз впиваясь в её губы, заставил ответить на игривый поцелуй.
Прикоснулся к шее в тот момент, когда другой рукой скользнул под одежду. Разбавлял смертельную усталость полугрубыми прикосновениями и заставлял медленно пятиться. В одну из быстротечных секунд, захотелось прыгнуть в омут пороков. Забить на Давида, что ожидал на кухне и утащить Макса в спальню. Или продолжить игру в гостиной. На полу. Среди сумок с кучей бабла.
Самойлов прервал поцелуй и лишил необходимых прикосновений.
– Нужно покормить Мортиса и Сабада, – прозвучал пароль, рушащий всю романтичность момента. – Вперед.
– Что? – удивленно взглянула в темные глаза.
– А мне нужно поговорить с Давидом.
Поцеловал в лоб и пошагал прочь.
– Я же не…
– Страх – удел неудачников, – весело подбодрил, переступая порог.
Видимо, насчет кормежки он не пошутил. Ну почему это не было очередной шуткой от Самойлова?
– Покормить? – растерянно шепнула, вмиг округлившимися глазами рассматривая террариумы. – А чем их кормить?
Видела много раз как Самойлов менял воду, как смело опускал руку в террариум и забирал емкость с водой, когда в паре сантиметров от его руки сидел Мортис. И это зрелище призывало волну паники, каждый раз торопилась уйти подальше, одержимая мыслью, что тарантул сбежит из террариума, пока заботливый хозяин наводит порядок в стеклянном домике. Но, ни разу не видела, как кормить этих… ладно, этих пауков.
Быстро приблизилась, ярко ощущая, как страх окутывает каждую клетку тела подобно липкой паутине.
– Фу! – наклонилась к стеклу и посмотрела на угольно-черное чудовище. – Ну ведь люди заводят котов и собак, а не… – отшатнулась, когда Сабад засеменил мохнатыми лапами, убегая к ветке.
Знала, что ближе к ночи активность тарантулов оживала и, подражая хозяину, они расслабленно гуляли по террариуму. И чтобы каждый раз не возобновлять приступ арахнофобии, она просто не появлялась в гостиной в ночное время.
Мотнула головой и попятилась, мысленно зарекаясь связываться с ненаглядной семьей Самойлова.
Потирая пальцами виски, медленно шагала на кухню. Срочно выпить обезболивающее и провалиться в почти спокойный сон. Сон, в который иногда вторгался странный мужчина с пистолетом в руке. И всякий раз она отчетливо видела оружие, но внешность неизвестного словно скрывал туман.
Бесшумно приближалась к кухне, слыша слабые отзвуки мужских голосов.
– … и эта дама твоя…
Застыла в шаге от порога, расслышав неоднозначную фразу Давида.
– Я её где-то видел, – уверенно продолжил мужчина.
– Что за юмор? – послышался плеск. – Ты её знаешь?
– Не помню где… – бутылку громко вернули на стол. – Но очень знакомая…
Максимально сократила последнее расстояние и уперлась открытыми ладонями в стену.
– Я не понял, – гневно бросил Макс. – Амнезия воздушно-капельным передается? Быстро говори! – ударил чем-то по столу, провоцируя дребезжание посуды.
– Да не помню я!
– Дава, блядь! Не беси меня этой фразой!
Закрыла глаза, совершенно не боясь быть пойманной. Нет ничего криминального в том, чтобы подслушать диалог представителей криминала. Тем более, когда речь вяло, но верно шла о ней.