Прикрыла глаза, задерживая взгляд на фиолетовых буквах, отражающихся в глянцевом тротуаре, и завуалировано сообщающих о статусе владельца ресторана. Новая жадная затяжка, стремительно сжигающая гладкую бумагу сигареты, и взгляд на яркие буквы заслонился едким дымом.
Курила редко. Но каждый раз, когда затягивалась терпким дымом - ничего не видела дальше своей сигареты. Всё расплывалось, будто по приказу растворялось в дымном тумане, унося внимание и разрушающие мысли на последние ряды сознания.
Так продолжалось, пока тонкая бумага не дотлела и пока черная тень не мелькнула в стороне.
Быстро повернула голову, но поздно. Кто-то сильно прижал к себе сзади, закрывая рот массивной ладонью. Кто-то неизвестный, но явно крепкий, живо потащил назад, мастерски блокируя любые попытки освободиться. Без толку издавала гневные, едва слышимые звуки, но мужчина лишь сильнее зажал рот рукой.
– Поехали!
Её заволокли в уже едущую машину и спешно закрыли дверцу. Очередная беспомощная попытка вырваться, но в этот раз мужчина добровольно выпустил из захвата.
Рвано дыша, отползла как можно дальше и вжалась в дверцу машины. Нервно оглядываясь и всматриваясь в лицо похитителя, качественно скрывающееся темнотой салона, поняла, в долбаном внедорожнике сидит ещё двое мужчин на передних сиденьях.
– Успокойся, Арина, – гортанный голос прозвучал в ту секунду, когда тусклая лампа осветила салон.
Зажмурилась и сильнее вжалась в дверь, будто пытаясь пробить чертову преграду. Прищурено посмотрела на статного блондина, старающегося доброжелательно улыбаться, словно не понимая, что напускное дружелюбие рушил острый взгляд с каплей ненависти.
– Кто ты?
Шепнула привычный вопрос после привычного импульса. Блондин казался до боли знакомым. До знакомой пульсирующей боли в висках.
– Что происходит, дорогая? – тон стал нежнее. – Ты забыла своего друга? Я Богдан. Я твой друг.
И смутно знакомый друг придвинулся ближе. Затем ещё ближе, увереннее сокращая дистанцию.
– На месте! – протянула руку, останавливая блондина довольно ненадежной преградой.
Сама опешила от собственной наглости, но не подала виду.
Богдан застыл, фальшиво повинуясь приказу, и медленно показал ладони. Жестом продемонстрировал свои благие намерения, но всё-таки плохо контролировал нервозность.
Опустила руку и быстро взглянула на мужчин, сидевших тихо, словно для пущего эффекта бандитской крутизны. Никакой реакции. Один предан дороге и сумасшедшей скорости внедорожника, другой – статичности.
– Ты в безопасности, – осторожно напомнил Богдан, привлекая к себе её растерянное внимание. – Но ты и не изменилась. Изменилась только ситуация.
Тот самый страх, который являлся уделом неудачников, медленно опоясывал сознание. Внимание привлекли расширенные зрачки мужчины, скрывающие истинный цвет глаз. Видимо, блондин находился под действием сильных эмоций, а значит её безопасность на грани провала.
Здравый смысл разбивался о спонтанные адреналиновые действия. Мысли сбивались, но четко понимала – ситуация против неё и статному блондину явно что-то нужно. Главное, чтоб не её жизнь.
– Богдан, – спокойно произнесла, глядя в глаза мужчины. – Мы давно дружим?
Изо всех сил показывала доверие, стараясь припрятать его мнимость за едва заметной улыбкой. Не показывать страха, контролировать мимику, расслабить мышцы тела - хранить тотальную аккуратность.
Медленно отлипла от – наверняка заблокированной – дверцы и прислонилась к спинке кресла, принимая более раскованную позу и вдыхая полусладкий запах чьего-то одеколона.
– Давно, – кивнул, повторяя её позу и вновь подсаживаясь ближе. – Давно, Арина. Я помог тебе пережить самые черные дни в твоей жизни. Гибель матери и сестры. Смерть отца, – добавил, словно резко вспомнил деталь.
Пристально посмотрела на блондина. Плотно сжатые губы, частое дыхание. Казалось, его раздраженность чередовалась с растерянностью. Как будто похитил и не знает, что делать дальше. Или же знал, но упорно не решался.