В следующий миг выхватил пистолет у стоявшего ближе всех амбала и вернулся к Арине.
– Кто? – искренняя ненависть слышалась в каждой букве.
Мнительно взглянула в темные глаза, радуясь, что в данный момент находится в роли эдакой жертвы обстоятельств и заложницы беспамятства, а не на месте стрелявшего в неё. Понимая, её молчание только раззадоривает агрессию мужчины… Слабо улыбнулась и нарочито – чётко указывая на виновника – перевела взгляд на худого, помогающего подняться блондину и ютящегося возле хозяина.
Отличный способ отомстить за сорванный побег.
Самойлов отследил её взгляд и резко обернулся.
– А-а-арис, – бодро воскликнул, приближаясь к худому и крепче обхватывая рукоять пистолета. – Как твоя челюсть? Нормально себя чувствует?
Блондин что-то сказал одними губами – скорее всего это была грязная ругань – и посмотрел на Ариса, испуганно глядящего то на лицо Самойлова, то на пистолет.
– В женщин стрелять… – покачал головой, прикасаясь к спусковому крючку. – Да ты крутой, парень.
Пространство и время будто замерли. Не дыша, внимательно наблюдала за движениями преступника, расслабленно приближающегося к будущей жертве. Макс резко вытянул руку с пистолетом, выпуская ожидаемую пулю. Выстрел отпечатался в лесном пространстве звонким эхом, и Арис вмиг опустился на колени, хватаясь рукой за ключицу.
Ловко играя прицельной линией, мужчина пустил ещё одну пулю в худого. На этот раз за громким выстрелом, последовал оглушительный крик мужчины.
Широко открыв глаза, наблюдала за безумием преступника, что в следующий миг направил ствол на блондина. Тот ответил презрительной ухмылкой, будто нарочно провоцируя и играя с огнестрелом. Чертова провокация сработала и в ярком свете фар Арина разглядела, как Самойлов напряженно надавил на спусковой крючок. В ту же секунду Матвей бросился к другу и что-то быстро прошептал на ухо. Смогла расслышать единственное слово: «проблемы». Макс медленно опустил руку и исподлобья посмотрел на врага.
– Скоро я разберусь с тем, кто тебя покрывает, и тогда пули в лоб тебе не избежать.
Презрительно отчеканил и – подражая вампирской манере – живо сократил расстояние, дабы снова подкорректировать внешность блондина. Развернулся и пошагал к Арине, на ходу швыряя пистолет одному из своих. Спрятала взгляд, и устало вздохнула, отслеживая нетвердые шаги преступника.
Максим осторожно снял с неё пальто и швырнул вещь Матвею. Бережно прикоснулся к её пальцам, затем скользнул к запястью и отвел её руку, заставляя показать рану.
– Я пыталась бежать, и у меня почти получилось, – протараторила ровным голосом, щурясь от боли. – Но потом я сдалась.
– Случается, – отстранился и открыл перед ней пассажирскую дверь «Мерседеса». – Для таких моментов нужны друзья, что подхватят проигрыш и поставят тебя на ноги.
Залезла в машину и, снова придерживаясь за плечо, прислонилась к спинке сиденья. Внимательно взглянула на улыбающегося преступника. Вновь по щелчку сменил настрой и будто выбросил из мыслей всё, что происходило минутами ранее.
– По тачкам, дети мои! – Самойлов весело прокричал, хлопая в ладоши. – Спектакль окончен, дама вернулась, враг почти повержен. По тачкам и домой! Спать!
Облегченно выдохнула, наслаждаясь теплом салона, в котором витал долгожданный аромат с каплей цитрусового оттенка. Глядя в окна, наблюдала, как все живо рассаживались по машинам, пока Самойлов торопливо курил.
Давид молча сел за руль «Мерседеса» и завел двигатель. Обернулся и недовольно взглянул на Арину, сидящую за креслом водителя. Раздраженно поджал губы и отвернулся.
Напряженное неуютное молчание плавно наполняло минуты, и буквально ощущала кожей необъяснимую, но довольно сильную неприязнь к своей персоне со стороны Давида. Хотелось узнать причину, ведь в той жизни, где была при памяти, она явно не связывалась с этими ребятами, но уже успела заслужить недовольные взгляды и гримасы.
Красный циферблат на приборной панели показывал без четверти три. Ночь безнадежно испорчена.
Пассажирская дверца переднего сиденья открылась, и в салон залетело пальто Матвея.
– Давай, Мотя, пора ехать, – Макс похлопал друга по плечу.
– Ещё раз назовешь меня Мотей, – грозно бросил Матвей, вызывая заливистый смех Давида. – Я сломаю тебе шею!
– Ты просто габаритный, а я боксом занимался. Не обольщайся, – весело ответил Макс, обходя машину. – Так что за шею постоять сумею... Мотя.