Пристально взглянула на беззаботно наслаждающегося трапезой Самойлова. Вот оно – умение расставлять приоритеты. Сначала надо пожрать. Краем глаза увидела, как Наумов приставил к себе тарелку и подлил в стакан рома. Жизнь молча продолжалась.
Подняла тлеющий окурок с глянцевой столешницы и демонстративно окунула огонек в пепельницу, ставя пламенную точку на светлом будущем.
*****
Лежала на заднем сиденье, закинув руки за голову и нагло положив ноги на подголовник водительского кресла. Во всяком случае, уже проехали половину пути, и Самойлов не возмущался, полностью ударяясь в собственные заботы и нервно пытаясь дозвониться кому-то.
Разглядывая темный потолок салона, прокручивала в голове былые события. Амнезия – слабое звено, выбившее незнакомку из боевого настроя. Удобно тем, кто с памятью на «ты»…
Мужчины спокойно поужинали, больше не прикасаясь к теме компромата и беспамятства. Нехотя жуя мясо и с удовольствием запивая его пуэрто-риканским ромом слушала беседу о черном рынке. Видимо, Наумов когда-то работал с преступником. Пока не подался в другую сферу криминала.
– Незнакомка, – позвал, включая поворотник. – Твои каблуки царапают мне затылок.
– Ты считаешь, что компромат где-то спрятан? – хрипловато прозвучал вопрос.
Опустила ноги и приподнялась на локтях.
– Я даже догадываюсь, что случилось после того, как шавки белобрысого тебя поймали, – хвастливо посеял интригу. – Паскуда, зачем я озвучил версию с компроматом этому…
Трель стандартной мелодии прервала Самойлова. Он живо схватил телефон, валяющийся на пассажирском сиденье.
– Мотя, какого хрена не отвечаешь на звонки? – спокойно спросил, останавливаясь на красный свет.
В ответ из динамика зазвучал гневный крик.
– Нет, я буду называть тебя Мотей, пока ты не научишься брать трубку с первого раза, – сказал тоном, которым обещают сжечь дом вместе с семьей.
Слабо улыбнулась и вновь закинула руки за голову. Внедорожник сорвался с места, и пространство плавно заполнилось ревом двигателей окружающих машин.
– Бери Даву и дуйте ко мне. Прямо сейчас. Есть очень важный разговор, – лаконично бросил и отключил звонок.
Села придерживаясь за спинку пассажирского сиденья, пристальным взглядом сканируя скрывающийся в полутьме салона профиль Самойлова. Лишь редкие огни реклам освещали его мертвую мимику.
– Разговор о чём?
– О жизни преступников, – оповестил не без яда в голосе.
Отказавшись от соблазна вытягивать из него хоть какую-то информацию, слабо улыбнулась и прислонилась к спинке кресла.
– Как ты это делаешь? – полушепотом важный вопрос. – Как ты отключаешь мысли? Управляешь эмоциями…
Внедорожник поехал быстрее. Вместо ответа салон заполнился веселым свистом.
Беспомощно покачав головой, удобнее устроилась в кресле и скрестила руки на груди.
– Если идти долгим путем, – неожиданно прозвучал низкий голос, – то это годы тренировок, работа с эмоциями и восприятием происходящего. Но если коротким, то… Есть у тебя проблема. Если ты можешь решить всё прямо сейчас, тогда поднимай зад и действуй. Если нет – сиди спокойно на красивой заднице и выбрось из головы проблему.
Подалась вперед, опуская ладони по обе стороны от подголовника водительского кресла. Вдохнула обожаемый запах одеколона с цитрусовым оттенком.
– Потом подумаешь, что делать, – продолжил решительным голосом. – Но если выносить себе мозг и постоянно крутить ситуацию в голове, как ты это делаешь, – поучительно помахал пальцем, – то решение не придет никогда. Отпусти ситуацию. Забудь, что ты нихрена не помнишь, и решение само придет.
Забравшись с ногами на сиденье, прислонилась грудью к водительскому креслу, что служило барьером между ними, и положила руки на плечи мужчины.
– Ты мне доверяешь? – хитро шепнула, прикасаясь губами к его виску.
– Это страшный вопрос, – отшутился, давая волю нервозности.
Ощутила, как напряглись его мышцы, он дернул плечами, словно пытаясь избавиться от прикосновения.
Не раздумывая ни секунду, прохладными пальцами коснулась его слегка впалых щек, и как только внедорожник тронулся, повинуясь зеленому сигналу, закрыла ладонями глаза преступника.