– О, это тебе хорошо известно, - спаясничала, ощущая, как Макс накрывает её ладонь своей и заставляет выпрямить руку. – Давид теперь на больничном?
– Стреляй, – беззаботно шепнул на ухо и живо надавил на крючок её пальцем.
Выстрел разбил лесную тишину, рисуя дырку в голове ростовой мишени на дальней дистанции. Приоткрыла рот, застыв в личном пространстве преступника и вдыхая оттенок цитрусового запаха. Долбаная дырка ровно в центре лба отключала мысли и самооценку. Сомневалась, что способна повторить подобное, тем более, если на таком расстоянии будет стоять реальный противник. Противник с явным преимуществом – профессиональным уровнем стрельбы. А если он тоже умеет правильно двигаться…
– Мне надо тренироваться дважды в день.
– Играйся, – кинул сквозь тихий смех, отпустил её руку и подался прочь. – Начинай с близкой дистанции. Стреляй в любые части тела. Патроны не экономь, магазинов полно и все набиты до отказа.
– А ты? – неуверенно посмотрела вслед.
– А я тут постою, – прислонился спиной к дереву и скрестил лодыжки. – Покурю, посмотрю на что ты способна, боец и организатор великих войн.
Слабо улыбнулась, улавливая оттенок яда в низком голосе, неприкрытую провокацию. Снова вызывал придающий уверенности гнев, выводил на самую опасную, дающую результат эмоцию.
– Надеюсь, с пяти метров ты хоть куда-то попадешь. Хоть в…
– Заткнись, Самойлов, – шикнула, смело обрывая ядовитую речь.
Преступник на ощупь отыскал зажигалку, демонстрируя фирменную ассиметричную улыбку, и едва заметно кивнул на белую фигуру в полный рост. Смотрела в темные глаза, пока он зажигал сигарету и не прятал взгляд. Точно так же на ощупь распихал вещи по карманам и, сделав глубокую затяжку, снова ухмыльнулся незнакомке. В ту секунду осенило – он уловил разрушающую неуверенность в собственных силах, услышал подтекст её слов, когда заикнулась о тренировках дважды в день.
Шумно выдохнула, глядя на преступника исподлобья и спокойным движением расстегнула верхнюю пуговицу пальто, будто избавляясь от ощущения удушья. Зафиксировала оружие в руке и выполнила все – на бегу усвоенные – команды мужчины. Стойка, хват, дыхание, зафиксированное запястье.
– Совмещай целик и мушку с целью, – лениво посоветовал, затягиваясь сигаретой.
Прицелилась в плечо ростового силуэта, стараясь следить за дыханием и унять дрожь в руке. Плавно нажала на спуск, оглушая пространство выстрелом, и на выдохе опустила руку. Печально взглянула на мишень, оценивая результаты. Пуля ушла сантиметров на пять ниже цели. Видимо, благодаря неконтролируемому тремору руки.
– Ой, Арина, – заметил не без яда в голосе. – Да тебе нервы надо лечить, а потом уже учиться стрелять.
– У меня психологическая травма, – опустила растерянный взгляд на пистолет в руке. – Я четко знаю, что кто-то стрелял моей рукой. В кого-то…
– Может тебя просто учили…
– Нет, – резко оборвала, бросая преступнику взгляд исподлобья. – Что-то случилось.
Он поднял руку в жесте сдавшегося человека, медленно выдыхая полусладкий дым. Сбил комок пепла, отбиваясь наглой усмешкой от её испепеляющего взгляда.
– Продолжим, – сказала, удивляя мужчину резким спокойствием, и снова прицелилась.
Хват, дыхание, цель. С ненавистью взглянула на дрожащую руку и, презрительно усмехнувшись, без анализа нажала на крючок. Пуля ушла в сторону. Без эмоций, ещё раз на спуск. Затем ещё раз. Хладнокровно выпускала пулю за пулей, изничтожая мишень и визуализируя образ врага перед собой.
Последняя пуля улетела точно в цель. Арина облегченно выдохнула, убеждая себя и преступника в собственных силах и рассеивая острое чувство безнадеги. Взглянула на Самойлова, будто ища поддержку и, спустя несколько секунд напряженного молчания, он одобрительно кивнул. В его глазах снова разгорался блеск нездорового азарта.
– Ты говорил, что есть версия, – напомнила, изымая пустой магазин. – Что случилось после того, как меня поймали люди блондина?
– Ты и сама знаешь. Просто вспомни, что подслушала.