Достал магазин из кармана пальто и протянул незнакомке.
– Наумов сказал, что это были именно люди Богдана, – что-то похожее на ликование скользило в его голосе. – А что сказал белобрысый ублюдок?
Прищурено изучая мимику Самойлова, неспешно приближалась. Прокручивала в голове каждое подслушанное слово, ожидая, когда споткнется обо что-то значащее. Остановилась в паре шагов от мужчины и холодными пальцами прикоснулась к магазину. Забрала. Ровным движением вставила в рукоять и передернула затвор.
– Ну же, незнакомка, – издевательски подбодрил. – Ты мне сама рассказывала.
– Покровитель, – на выдохе выпалила, получая в ответ одобрительную улыбку. – Он говорил, что покровитель избил меня и выбросил...
– Верно. Был кто-то ещё, – выбросил окурок себе под ноги. – Но вряд ли он просто избил до амнезии и выбросил живую. Думаю, всё обернулось по-другому. Это интересный вопрос – как именно?
– На что способен Наумов? – громко спросила, возвращаясь к мишеням.
– Дима ясно дал понять, что ему нужен только компромат. Не деньги, не объяснения, не компромисс.
– А предел возможностей? – повторила вопрос, целясь в голову силуэта на средней дистанции.
– Нескромный, – в голос просочилось недовольство. – Несмотря ни на что.
Минуя расспросы по поводу загадочного «несмотря ни на что», сосредоточилась на технике стрельбы и целях, выбрасывая из головы мешающие, сеющие тревогу вопросы. Жгла патроны, попадая стопроцентно в цель или мимо, если подводило запястье. Меняла магазины и внимательно слушала преступника не забывающего указывать на ошибки, подсказывать методы исправления и хитрости, облегчающие жизнь стрелка.
Магазин, с тихим шорохом вставляющийся в рукоять до громкого щелчка фиксатора, лязг затвора, оглушительно-громкие выстрелы и гильзы, бесследно падающие на землю. Всё быстро стало привычным и нормальным, разбудило азарт и чувство мелочной власти. Окинув беглым взглядом изрешеченные силуэты, слабо улыбнулась и взглянула на Самойлова, когда периферийным зрением уловила высокую фигуру, бесшумно шагающую к ним.
– Я знал, где вас найти, – раздался беззаботный грубый голос.
Самойлов довольно улыбнулся, пряча руки в карманы пальто.
– Знакомься, незнакомка, – с артистичной торжественностью, кивая в сторону Матвея. – Это твой новый инструктор по стрельбе. Мотя Андреевич.
Попыталась скрыть улыбку, наблюдая, как приятные черты лица Матвея исказились искренним гневом, но тщетно. Мнимая беспомощность здоровяка и демонстративные подъебки Самойлова выглядели забавно.
– Дай мне пистолет на пару секунд, – протянул руку к Арине, убивая Самойлова яростным взглядом.
– Свой надо иметь, – смело ответила, продолжая улыбаться. – На пару секунд.
Макс победно ухмыльнулся, глядя в глаза потенциальной бородатой смерти, и преспокойным движением достал из кармана пачку сигарет. Открыл, протянул здоровяку, фиксируя, изменилась ли его поведенческая модель. Верно, Самойлов. Дай смерти сигаретку, может и отсрочит.
– И правильно, Арина, – бросил Матвей, поправляя воротник темно-серой рубашки и лацканы наспех надетого пальто. – Нельзя бандитам оружие отдавать, – протянул руку и быстро взял сигарету. – А тебе Мотя Андреевич когда-нибудь шею сломает. Сука, – тряхнул рукой, указывая на Самойлова.
Жестом потребовал зажигалку у издевательски смеющегося преступника и неприветливо выхватил вещицу, когда тот достал из кармана. Ровным движением руки поджег сигарету, открывая пристальному взгляду Арины толстый золотой браслет на запястье. А кто-то носит часы… Черные. И кольцо.
Без эмоций приподняла руку и опустила взгляд на матово-черный пистолет. Провела кончиками пальцев по холодному стволу и включила предохранитель.
– Ты долго тут собираешь… Фу, что за херню ты куришь? Чё оно сладкое?
Кусая губы, чтобы сдержать смех, подняла заинтересованный взгляд на мужчин.
– Полусладкое, – ухмыляясь, исправил Самойлов. – Это у Наумова спиздил. Не нравится?
– Ну Наумов как обычно. Если не выебнется, то выжить не сможет, – фыркнул здоровяк, нахмуренно разглядывая сигарету. – Нам вообще-то надо ехать и договариваться за…
– Я помню, – нервно прервал Самойлов. – Уже закончили.