Я села на корточки и порылась в его внутренних карманах. Нашла паспорт и прочитала имя. Это был не Видан. Я разочарованно стукнула кулаком в стену и швырнула документ на пол.
— Кэти, может тебе стоит позвонить Эдди?
Я достала телефон и набрала его номер. Некоторое время стояла оглушительная тишина. Потом пошли такие же длинные гудки… Я уже хотела отключить, как внезапно трубку взяли.
— Эдди?
— Добрый день, это медсестра хирургического отделения поликлиники. Пациент по имени Эдди поступил к нам недавно с тяжёлыми ножевыми ранениями…
Стоило мне услышать о ранениях, как в глазах у меня резко потемнело. Только увидев упавший на пол телефон, я поняла, что падаю в обморок. Джон вовремя меня попридержал. Навернувшиеся на глаза слёзы не дали мне увидеть шокированное лицо мужчины.
Когда я пришла в себя, быстро рассказала всё Джону. Он увез меня на своей машине в поликлинику. Вот уж не думала, что мужчина окажется таким понимающим. Никаких лишних вопросов и действий. Быстро и слаженно. Вот кто бы точно стал хорошим напарником для меня. Но… скорее всего, с ним было бы не так весело, как с Эдди.
И вот мы уже сидим в коридоре напротив закрытых дверей, за которыми проводится сложная операция. Мои руки были в холодном поту, голова гудела от тревожных мыслей. А глаза я так и не могла сомкнуть, так и сидела, не моргая, уставившись в одну точку на стене. Сейчас я молилась только об одном — лишь бы он выжил!
Джон сидел рядом и задумчиво смотрел на улики, которые он смог раздобыть из отеля, пока я ждала здесь. Он привёз зубчатый нож, которым ранили Эдди. Гравировка незнакомая. И что самое странное, по словам Джона, это холодное оружие было в единственном экземпляре.
— Кэти.
Мужчина пытался меня разговорить и отвлечь от плохих мыслей. Но я его даже будто не видела. Я в любой момент готова была вскочить с места и побежать к этой чёртовой двери, в которой так долго возились! Моё терпение было на исходе.
Наконец, из хирургической палаты вышел один из медработников. Я резко встала и шагнула ему навстречу, боясь услышать самое худшее.
— Пациента удалось спасти. Повезло, что он был в бронежилете, жизненно важные органы не пострадали.
Я облегчённо выдохнула. И хотела зайти в палатку, но меня остановили, сказав, что пострадавшему нужен покой некоторое время.
— Давай навестим его чуть позже? Сидя здесь, мы ничего полезного не найдём, тем более к твоему дружку нас не пустят. — Джон встал и решительно собрался идти расследовать нападение, произошедшее с Эдди.
— Ладно.
Ничего не поделаешь, здесь от меня все равно мало пользы. Нужно узнать, какая тварь устроила покушение на Эдди и зачем. На голову пока не приходило ничего дельного. Хотя… Не мог ли быть это тот, кто застрелил когда-то друга Эдди? Он ведь рассказал мне, как увидел лицо убийцы. Что, если и тот запомнил, как выглядит Эдди?
Мы добрались с Джоном до отеля. На вопрос, почему он решил мне помогать, он лишь махнул рукой и украдкой улыбнулся. Мне показалось, или он знает что-то, чего не знаю я? Опять это мерзкое чувство!
Мы вошли в номер отеля, где Эдди останавливался. Почти сразу я наткнулась на лужу крови. Она растеклась на полу в огромное пятно. Каким-то образом, Джону удалось отговорить полицию не вмешиваться в это дело. То ли он их подкупил (хотя это маловероятно), то ли у него есть свои тайны... Удивительно, как смог выжить мой напарник, потеряв столько крови. Я нагнулась и проверила всё, что выглядело подозрительным. Но ничего, кроме разорванной подушки и лужи, мы с Джоном не нашли.
— И? Что нам дальше делать? Мы шпионы, а не следователи, вряд ли сможем найти преступника, не поговорив об этом с Эдд,. — сказала я мужчине, который снова стал изучать нож.
— Поищи получше. Уверен, здесь должно быть что-то ещё, — не глядя на меня, отозвался Джон.
Я прошлась по комнате. Рядом с кроватью стояла низкая тумбочка. На ней я обнаружила записную книжку. Так, здесь даты и… секундочку… Это личный дневник Эдди?
Нашла первую страницу и увидела подпись. Да, похоже, этот диджей, который по совместительству шпион, ещё и имеет привычку записывать события. Не очень-то прилично листать чужие записи, но… Я же не вежливая леди, верно?
Открыв последнюю страницу текста, я прочла последние предложения: