Я отчётливо услышала чьи-то тяжёлые шаги, которые зловещим эхом разнеслись по дому. Мне вновь послышались те же голоса, которые я слышала, когда была пятилетним ребёнком.
— Девочка-то где? — громко пробасил один из голосов.
— Мы обыскали всё, кроме чердака. Ты начинай заводить машину, а я поищу там.
— А чего это я? Сам иди, заводи свою рухлядь. Давно пора сменить, нет же, надо ему деньги в покере тратить. Итак до Лемстоуна едва доедем.
— Не вякай мне тут! Хочешь в пыли кататься, вот и топай в свой чердак. Пожалуй, найдёшь себе тряпьё поприличнее своей шкурки.
Я услышала, как голоса смолкли, и кто-то стал подниматься по лестнице наверх. Ко мне. В сторону чердака. Половицы лестницы угрожающе заскрипели, давая понять, что преступник становится ближе. Много лет назад я закопалась в протухшие одеяла так, что никто не заметил меня. Но сейчас я просто стояла и ждала.
Долго ожидать его не пришлось. Я услышала, как дверь на чердак с глухим треском открылась нараспашку и ударилась об стену.
— Где же наша малышка прячется? — фальшиво добреньким голосом пропел мужчина.
Я поняла, что он остановился недалеко от шкафа. Мне стоило огромных усилий, чтобы не спрятаться под старые тряпки, как в детстве. Я должна держаться.
— Мы любим играть в прятки?
Моё дыхание зачастилось. Сердце бешено заколотилось. Давай, Скарлетт. Ты сможешь встретить свой страх. Осталось совсем немного.
Шкаф резко открылся, и раздался выстрел. Я зажмурила глаза. В ушах невыносимо зазвенело. Сначала мне показалось, что выстрел пришелся в мою сторону. Но я не почувствовала боли.
Я открыла глаза и встретилась лицом к лицу с тем, кого я так испугалась в детстве. Это был тот человек, которого я увидела после освобождения Кэсси. Тот, кто передал мне информацию о том, что мой отец работал на Тэсс. Вот он мой страх. С шрамом под глазом и густой проседью волос. Такой нелепый, что я улыбнулась, а потом засмеялась в голос. Всё вокруг стало рассыпаться в зеркальные осколки. Осталась только я в окружении белой пустоты. Но ненадолго.
В какой-то момент в моей голове так загудело, что я зажмурилась и сжала руками свои виски. Потом моё тело полностью онемело и стало очень тяжёлым. Я открыла глаза и поняла, что наконец-то очнулась.
***
Корчась от головной боли и приступа тошноты, я попыталась сосредоточиться и осмотреться. Было тяжело это сделать, учитывая невыносимую боль в плече. И только она напомнила мне о том, что меня ранили на той проклятой свадьбе. Ну ничего, я ещё на них отыграюсь!
В кромешной тьме помещения я смогла различить лишь несколько очертаний человеческих фигур, прикованных к стене кандалами. Это что? Комната пыток?
Пошевелив руками, я поняла, что нахожусь примерно в таком же положении, как и те несчастные впереди меня. Вот бы ещё разглядеть их лица… Одна из фигур мне показалась знакомой.
— Эдди? — я увидела, как силуэт немного шевельнулся.
— Скарлетт! Ты жива?
— Если не считать открытую рану на плече, то вполне, — ответила я и чуть не прослезилась, услышав его голос.
— Так… сейчас… Погоди немного. Мы выберемся отсюда.
Со стороны мужчины я услышала лязг кандалов и невнятный шум. Мне не было видно, что он там пытается сделать. Я решила молча ждать, не мешая расспросами. Но провозился он довольно долго, отчего я не выдержала.
— Что ты делаешь?
— В кармане… тут был… — ничего толком не объяснив, Эдди издал приглушенный рык и с грохотом упал на пол.
— Я здесь, Скарлетт. Не бойся, всё хорошо, — мужчина мигом оказался рядом. Я с облегчением ощутила легкое прикосновение его теплой руки к моему лицу. Прошло так мало времени, как мы не виделись, но я так скучала по нему.
— Эдди… — я хотела ему сказать правду, пока не поздно. Правду о моих чувствах и о нашем ребенке. Но тут же прикусила язык. Что я смогу дать ему сейчас, когда мы на грани жизни и смерти? Сможем ли мы выбраться отсюда? Моё чутье подсказывало, что вряд ли. Я не могла давать ложную надежду о семье, когда всё скоро может закончиться.