Мое тело дернулось, когда мой член выпустил остатки семени. Когда я успокоился, глубоко и тяжело дыша, то почувствовал, как дыхание Зои обдало мне шею.
Не говоря ни слова, я обнял ее за талию и притянул к себе. Руки Зои обхватили мою голову, и вот так мы остались сидеть. Мы долго сидели, просто обнявшись.
Это было наше прощание.
Моя кровь вскипала, когда я пытался придумать что делать дальше. Но если начну сопротивляться, то приговорю Зою к смерти, а Инессу — к жестокой жизни от рук Господина. Но если я ничего не сделаю, Госпожа накачает Зою наркотиками и сделает мою жизнь вдвое хуже, заставив меня смотреть, как Зою и мою сестру насилуют ее больные охранники.
— Моя мама всегда учила меня, Валентин, — сказала Зоя.
Я понял, что слишком сильно прижимал ее к себе. Ее маленькие ручки пробежали по моей покрытой шрамами бритой голове, а затем последовал поцелуй.
— Она сказала бы: «измени то, что ты можешь контролировать, и отпусти то, что ты не можешь».
Услышав ее слова, я почувствовал, как у меня защипало глаза, а горло охватило жгучее чувство.
— Зоя... — произнес я ее имя, но больше мне нечего было предложить.
Зоя отстранилась и накрыла мои щеки своими теплыми руками. Когда я встретился с ее большими карими глазами, она продолжила:
— Это безвыходная ситуация. Я знаю это. — Она вздохнула, и я увидел, что она старается быть сильной, но ее дрожащие губы выдавали страх. — Я знаю и то, что родилась в мире полном насилия и преступлений. Похоже, это судьба, от которой никто из нас не может убежать. Что бы ни произошло дальше, это обязательно случится. Такова наша жизнь.
Я покачал головой и крепко обнял ее. Моя щека прижалась к ее груди, и я ответил:
— Я ненавидел грузин, особенно грузинских женщин. Но я не могу ненавидеть тебя, Зоя. Ты единственный хороший человек, которого я когда-либо знал. Ты самый сильный человек, которого я когда-либо знал.
Я вздохнул и, откинувшись назад, поцеловал ее в самое сердце:
— Моя маленькая грузинка.
У Зои перехватило дыхание, и она прошептала:
— Валентин.
Она не смогла сказать ничего другого. Мне так и не удалось снова поцеловать ее мягкие губы, потому что, когда я стал прижимать ее к себе, дверь в комнату открылась, и Призрак появился в дверях. Я закрыл Зою, показав Призраку свою спину.
Холодный смех вырвался из его горла, и он приказал:
— Госпожа готова вас принять.
Я взглянул на Зою, которую прижал к углу стены, и она грустно кивнула.
— Не будем бороться. Я не хочу, чтобы тебе снова было больно.
Я закрыл глаза, пытаясь остудить свою бушующую кровь. Открыв их, я глубоко вздохнул. Подняв Зою на руки, я взял с пола толстовку и натянул ее на обнаженное тело Зои.
— Надень это, — прошептал я.
Зоя взяла толстовку в руки и быстро оделась. Я застегнул молнию и засунул свой член обратно в штаны.
Выпрямившись, повернулся к охраннику-Призраку, и он кивком головы пригласил нас следовать за ним. Поставив Зою на пол, я взял ее за руку и сжал ее пальцы в своих. Я уже было шагнул вперед, когда вид ее руки в моей заставил меня остановиться. Свободная рука Зои легла на мою руку.
— Валентин? — спросила она, вопросительно сдвинув черные брови.
Подняв наши соединенные руки, я поднес тыльную сторону ее ладони к своим губам и поцеловал шелковистую кожу.
— Малыш? — снова спросила Зоя, и мое сердце растаяло от этого ласкового слова, слетевшего с ее губ.
Я покачал головой и постарался отогнать от себя этот образ.
— Что случилось? — подтолкнула Зоя еще раз.
— Вот это, — сказал я и поднял наши соединенные руки. — Мы никогда больше этого не повторим. Мы никогда не будем гулять на открытом воздухе. Свободными. С нашими переплетенными руками.
На лицо Зои легла тень печали, и ее взгляд упал на наши соединенные руки.
— Я часто наблюдала за людьми на улицах из своего окна и мечтала о том дне, когда сделаю это с мужчиной, который украдет мое сердце.
Губы Зои изогнулись в любящей улыбке, и она спросила:
— Ты тоже об этом мечтал?
Пристально глядя на Зою, запоминая каждую черточку ее лица, я ответил:
— Только когда встретил тебя.
Зоя потянулась, чтобы поцеловать меня в губы, но тут в дверях появился Призрак-охранник с потрескивающим электрошокером в руке.
— Шевелитесь!
Сопротивляясь желанию убить, я потянул Зою за собой. Мы последовали за Призраком по коридору и поднялись по лестнице. Призрак открыл дверь и повел нас в комнату в задней части особняка. Когда мы вошли в дверь, мой желудок упал. Комната была темная, но большая. В центре стояли две маленькие кровати, прикрепленные ремнями к каркасам. А на задней стене висел ряд больших экранов.