Рука Зои сжалась в моей, когда на одном из экранов появилась Инесса. Я шагнул вперед как раз в тот момент, когда Госпожа вошла через боковую дверь. Увидев, как она входит, как всегда одетая во все черное, с зачесанными назад волосами, я резко повернулся к ней.
— Ты — сука! — прорычал я.
Я перевел взгляд обратно на экран и увидел Инессу, которая забилась в угол камеры. Ее руки были обернуты вокруг живота, и пот капал с ее кожи. Она раскачивалась вперед-назад, крича при этом, словно ей больно. Так оно и было. Ей было необходимо, чтобы ее взяли. Это последствие наркотика, которым ее накачали: только мужское семя химически было способно смягчить эту боль.
Госпожа подошла к экранам. Глядя мне прямо в глаза, она сказала:
— Это стало наказанием 152-ой с тех пор, как ты решил ослушаться приказа.
Моя челюсть сжалась так сильно, что я боялся, что она сломается. Госпожа осталась невозмутимой и продолжила:
— Ты знал о последствиях, 194-й. Ты знал, что если не завершишь свою миссию, то причинишь боль 152-ой.
— Сука! — прорычал я снова, чувствуя, как Зоя сжимает мою руку в знак поддержки.
Госпожа ухмыльнулась.
— Это правда: я — сука. Безоговорочно.
Меня затрясло. Меня трясло, пока я смотрел на корчащуюся от боли Инессу.
— Помоги ей! — скомандовал я.
Госпожа подошла к нам. Я заметил охранников, приближающихся ближе на случай, если я нападу. Госпожа даже не вздрогнула. Когда она встала прямо передо мной, я толкнул Зою за спину. Госпожа вытянула руку и провела пальцем по моей груди.
— Ты просишь меня послать одного из моих людей трахнуть 152-ую? Это то, чего ты хочешь, 194-й? Чтобы твою сестру трахнули?
Раскаленная докрасна боль затопила мое тело при мысли о том, что мою сестру возьмут вот так, но я ответил:
— Да. Просто избавь ее от страданий и боли.
Госпожа уставилась на меня, не выражая при этом никаких эмоций до тех пор, пока не улыбнулась и не отошла назад.
— Я так не думаю, 194-й. На самом деле я думаю, что оставлю ее еще на некоторое время внизу, кричащую от боли.
Она оглянулась на меня через плечо и добавила:
— Примерно через час, если ты будешь слушать достаточно внимательно, ты услышишь ее мучительные крики.
— Сделай это, — потребовал я. — Помоги ей.
Госпожа остановилась у экранов и, достав из кармана пульт дистанционного управления, включила другой экран. Мое сердце упало, и я услышал быстрый вздох Зои, когда увидел, что это мы с Зоей были в комнате. Это была Зоя в клетке, она раздевалась, а я стоял перед ней, держа в руках пикану. Мои ноги ослабли, когда я наблюдал за собой под воздействием наркотика. Зоя выглядела такой испуганной, дрожа в холодной комнате.
— Ты хорошо начал, 194-й. Когда я рассмотрела, кого ты похитил, то сразу узнала ее лицо, лицо Коставы. — Госпожа прокручивала сцену за сценой, как я мучаю Зою, пока не остановилась на той, где Зоя была прикована к стене. Поцелуй, который я запечатлел на ее губах.
Госпожа повернулась и указала на экран.
— А потом ты потерпел неудачу. — Она покачала головой и невесело рассмеялась. — Годы тренировок. Все эти годы я объясняла тебе правила: никогда не испытывай сочувствия к своей жертве. И никогда не влюбляйся. Любви нет места в жизни палача. Нет места в сердце убийцы.
Я видел ярость в глазах Госпожи. Потом кровь отхлынула от моего лица, когда Зоя тихо сказала:
— Он не палач. И не убийца. Он — Валентин Белров. И он хороший человек, несмотря на все ваши усилия отнять у него эту доброту.
Мои глаза закрылись от сладкого звука этих слов, слетевших с губ Зои. Но вскоре они распахнулись, когда я понял, что она только что сделала.
Госпожа застыла на месте и свирепо смотрела на Зою. Все остальное произошло слишком быстро. Госпожа кивнула своему охраннику. Призрак двинулся из-за нашей спины к Зое. Отпустив руку Зои, я бросился на Призрака, но тут же почувствовал, как ток от электрошокера пронзил меня насквозь. Я испустил рев, когда ток прошел через меня. Но я продолжал нападать, пока огонь не пронзил мое тело сзади. Я упал на пол, услышав крик Зои.
Я наблюдал, лежа на полу, как Призрак привязал Зою к одной из кроватей.
Я смотрел, не в силах пошевелиться, как он приковал ее наручниками к раме, а Госпожа расхаживала рядом, готовая начать пытку.
Мои глаза закрывались, пока я безуспешно боролся за то, чтобы они оставались открытыми, но когда темнота сомкнулась, я думал о том дне, когда Госпожа принесла эту пытку мне.…