- Сэр, пропала дочь местного кузнеца, ее искали с третьего дня, но пока ничего обнаружить не удалось, окружная полиция в недоумении и тревоге. Учитывая, что это не первое происшествие подобного рода, является уместным личная протекция его сиятельства, дабы успокоить округу. Среди народа бродят слухи один ужаснее другого. Люди легко верят в домыслы, и ситуация обретает угрожающие масштабы, - понизив тон выговорил дворецкий.
- Проклятье, - бархатный низкий голос жениха долетел до замершей за колонной княжны, - эта история никогда не перестанет нас преследовать. А ты говорил: забудь и займись делами поместья и женой.
- Ни в коем случае нельзя допустить огласки накануне бракосочетания, - безапелляционно отозвался Генри, - князь не кажется мне человеком разумным, скорее он импульсивен и способен на неординарные поступки. Еще один скандал и репутация семьи будет необратимо разрушена.
- Пойдемте, - холодно бросил Нэйтан, устремляясь вперед, в мрачноватую полутьму коридора.
Дорогие мои читатели, как автору мне бы очень хотелось узнать ваше мнение об истории. Прошу вас не стесняйтесь оставлять комментарии и лайки, если история нравится. А вот небольшая визуализация главных героев:
ЛИДИЯ ОБОЛЕНСКАЯ
Нэйтон Карлайл
Глава 7. Тени сомнений.
Лидочка никак не могла заснуть. Предстоящие завтра развлечения, в виде охоты в угодьях будущего супруга и последующего за ней ужина в охотничьей резиденции, отнюдь не радовали княжну. Не единожды девушка вскакивала с постели и устремлялась к балконным дверям, каждый раз натыкаясь на разложенные на креслах наряды, принесенные в комнату Алисией.
Бархатный костюм из так называемого мужского гардероба, жемчужно-серого цвета, для нее заказали у личного портного Карлайлов, умелый крой выгодно подчеркивал хрупкость и изящество женской фигуры, прикрывала все это великолепие традиционная амазонка, выполненная из плотного шелка. Каскад страусиных перьев украшал ослепительно белую мягкую шляпу. Но более всего Лидию удивило странное модное дополнение, напоминающее обыденный галстук. Вещица представляла собой длинную накрахмаленную ленту из линона, изысканно расшитую крошечными крапинками жемчуга. Своеобразный шарф несколько раз обертывался вокруг шеи и завязывался прихотливым узлом в виде бабочки. Подобная пенная белизна была призвана обрамлять тонкие черты ее лица, скрашивая строгие линии охотничьего костюма.
Лидия ненавидела охоту и искренне удивлялась: как женщины в принципе могли принимать участие в забавах подобного рода. Однако если речь заходила о британцах, то именно они сделались настоящими законодателями охотничьей моды, создав уникальный аристократический стиль этого мероприятия, напоминавшего скорее спорт, чем травлю. Не добыча была в нем главной целью, а бешеная скачка в сопровождении гончих по пересеченной местности на сильном, умном, благородном животном — лошади. Даже ребенка здесь обучали верховой езде и брали на охоту, как только малыш мог самостоятельно сидеть верхом и держаться за поводья своего пони.
Отчаянно вертясь на удобном мягком ложе, княжна подумала было спуститься вниз, дабы выпить успокаивающего чаю с вербеной. Ей требовались хотя бы пара часов спокойного сна, ведь день предстоял невероятно утомительный. Сбор охотников назначали к полудню, в лесные конюшни уже переправили часть лошадей, в том числе и ее кобылицу, с добродушным нравом и не менее подходящей кличкой. Огнеша была гунтером, потомком чистокровного верхового жеребца и упряжной, в результате получалось сильное выносливое животное, способное преодолевать как естественные, так и искусственные препятствия. Во многих графствах Англии почва была каменистой и крестьяне, расчищая поля, выкладывали вокруг них каменные изгороди высотой иногда до полутора метров.
Поднявшись с кровати, Лидия зажгла свечу, мгновенно отбросившую блики на платье, предназначенное для ужина в охотничьей резиденции Карлайлов. Пламенеющий розовый атлас, шлейф цвета утренней зари, пластрон, затканный изящными цветами из розового перламутра. И восхитительный гарнитур из розового жемчуга, в виде виноградных гроздей, навевающий мысли о теплых морях и далеких странствиях, где побывали запрятанные в шелковые мешочки драгоценные бусины, переходя от арабских купцов к греческим и венецианским. Каждая жемчужина чудилась ей драгоценным сокровищем, украденным из райских садов.