Лидочка сидела между Нэйтаном и, к ее отчасти скрытому смущению, сэром Грэхемом. Последний напрочь отбил у невесты аппетит, мешая насладиться яствами свадебного стола, подносимыми нескончаемой вереницей слуг: куропатки в глиняных горшочках, филе утки, рябчики с изюмом, жареные перепела, форель, крольчата, рубец ягненка и гусиная печень сменяли друг друга. На десерт подали несметное количество сладостей: были тут и пирожки с персиками и запеченными сливами, и медовые пирожные, и пирамиды фруктов и вазочек с вареньем.
Вот только, по совершенно неясной причине, племянник первого министра ее величества пребывал отнюдь не в лучшем расположении духа, восседая на одном из самых почетных мест с видом человека, глубоко оскорбленного в самых лучших чувствах. Чудилось, будто он один из всех присутствующих не одобряет всеобщего веселья.
- Леди Карлайл, - внезапно сэр Грэхем устремил на девушку свой проницательный цепкий взгляд, - разделяете ли вы тревогу леди Брианны по поводу последних событий, происшедших в поместье?
- Прошу прощения, сэр Грэхем, - юная герцогиня почувствовала: как к лицу прильнул жар, что всегда происходило с нею в минуты сильнейшего переживания, - полагаю, вы имеете в виду отсутствие ее светлости на состоявшейся пару дней назад охоте, уверяю вас, на это имелись весьма веские причины. Леди Брианна принимала участие в нуждах людей, проживающих в замке и близлежащих окраинах. И, разумеется, я всецело поддерживаю ее в этом стремлении.
В глубине души Лидочка понимала: этот несносный великосветский сноб намекает на обстоятельства, связанные с загадочной пропажей дочери кузнеца, и теперь изо всех сил пыталась сохранить спокойствие и подобрать правильные слова, дабы унять зародившееся в уме сэра Грэхема крайне неуместное подозрение.
- Сие похвально во всех смыслах, леди Карлайл, - неприятно улыбнулся собеседник, одновременно отодвигая чуть в сторону недопитый бокал с вином, - в жизни молодой хозяйки дома всегда довольно волнений, коим требуется неусыпное внимание. Однако самое главное призвание супруги – разделять тяготы и заботы своего мужа, надеюсь, вы сумеете повлиять на его светлость в плане скорейшего решения возникшей проблемы.
Никогда еще Лидия не оказывалась в столь щекотливой ситуации. Любой ответ на это сомнительное заявление будет выглядеть либо попыткой - скрыть истинное положение вещей, либо вопиющим нарушением правил приличия. Наверняка ловкий придворный намеренно завлек ее в мастерски расставленную ловушку. Принужденно улыбнувшись, герцогиня оставила коварный выпад сэра Грэхема без внимания, а растерянный взор поневоле обратился в сторону Нэйтона, невозмутимо внимавшего их разговору. Почему же он медлит, словно приветствуя это странное нападение ледяным молчанием? Впрочем, мог ли муж бесцеремонно вмешаться в беседу, в коей ему намеренно не было предложено никакого участия? Скорее всего - нет....
- Ваша светлость, - холодно вежливым тоном проговорил сэр Грэхем, отвечая на ее смятенные размышления и, вероятно, решив проявить хоть какую-то степень учтивости и элементарного такта, - как изволит вседневно повторять Ее величество: мы обязаны подавать своим подданным самый достойный пример. Смею надеяться, вы не имеете намерения вернуться в Лондонскую резиденцию вашей семьи, не разрешив ситуации с таинственными исчезновениями в округе?
Мысль о такте рассыпалась в прах, словно бы и вовсе не существовала. Молодая женщина теперь всерьез опасалась не к месту разгорающегося скандала, к сожалению могущего отразиться на будущем всех Карлайлов в целом и каждого в отдельности.
- Ни в коей мере, сэр Грэхем, - не моргнув глазом, спокойно отозвался герцог, к великому облегчению Лидочки, проигнорировав завуалированно нанесенное оскорбление, - я имею самое твердое намерение - ежечасно заниматься делами поместья и чаяниями моих людей. К тому же, по моему глубокому убеждению, вы, как человек острого ума и прогрессивных взглядов, сумеете правильно оценить сложившуюся ситауцию. Дабы не оказаться в плену заблуждения, вызванного пустыми сплетнями и пересудами слуг.
- Подобный альтруизм делает честь вашему хладнокровию, мессир, - в ответной тираде звучало лишь отчасти скрытое раздражение, - впрочем, сия фамильная черта вашей династии всегда заслуживала похвалы. Не сочтите излишней мою настойчивость, то был всего лишь добрый совет, какой я мог бы дать и члену своей собственной семьи.
При этих словах Лидия испытала странное чувство надвигающейся катастрофы, никак не согласующееся с чарующей атмосферой позднего осеннего вечера.