— Хорошо, — кивнул Байрон. — Ты вправе злиться. Но, пожалуйста... отведи меня к ней.
Бетельгейзе смотрел на них, и на его лице впервые мелькнула не насмешка, а что-то похожее на грусть.
— Ладно, ребятки, я пойду. А ты, Байрон, иди, встреться с ней.
Он протянул руку, и в пространстве появилась дверь. Переступив порог, он исчез, оставив отца и сына наедине.
Аквилус молча взмахнул рукой. В воздухе распустился портал, по краям которого искрились голубые молнии.
— Пошли, — коротко бросил он, шагнув внутрь. Байрон последовал за ним.
Тот вышел из портала и замер. Аквилуса рядом не было. Байрон оказался на краю обрыва, утопающего в море ночных цветов. Высоко в небе сияли миллиарды звёзд. В нескольких метрах от него, спиной, у каменных перил стояла девушка с струящимися голубыми волосами.
Байрон медленно, почти неслышно, подошёл сзади и обнял её за талию, прижавшись щекой к её плечу.
— А ты всё так же цветы любишь, да? — прошептал он.
Девушка вздрогнула. Повернув голову, она увидела лицо, которого не видела больше века. Её пальцы, дрожа, потянулись к его щеке, боясь, что это мираж, который вот-вот рассыплется. Но под ладонью была твёрдая, тёплая кожа. А его глаза... те самые серые глаза с алыми искорками, которые она помнила во сне и наяву.
— Ты... вернулся? — её голос сорвался на шёпот. — Это правда ты?
— Да, это я, — его голос был твёрдым и безгранично уставшим.
Больше слов не было нужно. Она бросилась ему в объятия, и тихие слёзы облегчения и счастья оставили влажные следы на его груди. Потом её губы нашли его в поцелуе, в котором была вся тоска прошедших лет. Байрон на мгновение застыл, а потом крепко, почти до боли, прижал её к себе, отвечая с той же страстью.
За каменной стеной, невидимый, стоял Аквилус. Он видел, как сгорбленные плечи матери наконец-то расправились.
— Ну, хотя бы она счастлива, — тихо выдохнул он и растворился в ночи, оставив их одних в море цветов под звёздным небом.
---
Айрон стоял в тени уцелевшего здания в столице ОФМ. Улицы были пустынны, и лишь одинокий уличный фонарь отбрасывал его длинную тень. Он словно кого-то ждал.
Из темноты к нему подбежал Кёджир, слегка запыхавшийся.
— Привет, Айрон! Вот, принёс, что ты просил.
Он протянул плотный конверт. На нём горел гриф: «ДЕЛО: ОХОТНИК ЗА РАЗРУШИТЕЛЯМИ».
Айрон взял его, и в его глазах на мгновение мелькнуло нечто, похожее на благодарность.
— Спасибо, Кёджир. Это... действительно важно для меня.
— Не стоит благодарностей, — улыбнулся охотник. — Ты помог нам выиграть войну. Это меньшее, чем я могу отблагодарить.
Они кивнули друг другу, и Кёджир скрылся в ночи. Оставшись один, Айрон сорвал печать и развернул первый лист. Его белые глаза быстро пробежали по строчкам. Внутри были отчёты, донесения и единственное имя, которое он искал:
ДРАКС.
Глава 17: Исполнение сокровенного желания
Пустота. Бездонная, безвоздушная, где единственными светильниками служили мириады далёких миров. Здесь, в эпицентре небытия, стоял Скайлор. Перед ним, разрезанный надвое, лежал Понтагнус, чьё тело уже не подавало признаков жизни.
Скайлор положил руку на его плечо. В его голосе звучала не ярость, а нечто иное — древняя, божественная усталость.
— Что же ты с собой сделал, Понтагнус?
Тело его извечного противника начало распадаться, не умирая, а сворачиваясь в маленький, плотный шарик в ладони Скайлора. Тот сжал его в кулаке.
— А теперь — за вторым.
Он провёл рукой по воздуху, создав дымку, тёмную, с синими прожилками, и шагнул в неё.
---
В следующее мгновение он появился там, где пахло цветами и ночной свежестью. Под сенью звёздного неба, держась за руки, стояли Байрон и девушка с волосами цвета лазури.
Байрон заметил его первым. Мгновенным движением он отодвинул девушку за свою спину, вставая между ней и богом живым щитом.
— Обратно, Байрон, — голос Скайлора был ровным, но не допускающим возражений. Он давал понять, что не позволит Разрушителю остаться в этом мире.
Внезапно между ними возник Аквилус. Его шпага из голубых искр остановила руку Скайлора, не касаясь её. Молчание Аквилуса было красноречивее любых слов.