Сталь встретилась со льдом. Аказа парировал удар рукой, покрытой вечной мерзлотой.
— Твоё имя — Арима, да? — спросил он с почти дружелюбным любопытством.
— Заткнись, — прозвучал первый, грубый и безжизненный, ответ Аримы.
— Ой, да ладно тебе, — Аказа оттолкнул его, и их клинки скрестились с ледяным скрежетом. — Ты что, не любишь разговаривать во время боя?
Ответом был новый шквал атак. Аказа взмахнул рукой, и из земли взметнулась стена льда. Инстинкт заставил Ариму отпрыгнуть — и вовремя. Стена мгновенно разлетелась на тысячи острых как бритва осколков, пронзивших воздух как автомат.
— А у кого-то чуйка хорошая! — почти восхищённо крикнул Аказа и перешёл в наступление.
Это был танец смерти. Ледяные кулаки, шипы, сосульки — Аказа не давал и секунды передышки. Один из шипов едва не достиг цели, заставив Ариму уклониться, и в этот миг Разрушитель нанёс удар, от которого Арима едва успел подставить клинок. Сила удара отшвырнула его в сторону, он кувыркнулся по обледеневшему асфальту.
И тогда Аказа почувствовал это. Шестое чувство, кричавшее об опасности. Он инстинктивно отпрянул, но было поздно.
Невидимый клинок пространства рассек его грудь от плеча до бока. Кровь, тёплая и алая, брызнула на белый снег, тут же начав замерзать. Аказа с подавленным стоном отступил, спешно покрывая рану новым слоем льда.
— Это неожиданно, — выдохнул он, его улыбка наконец исчезла.
«В мгновение он будто стал сильнее», — пронеслось в его голове.
Арима поднялся. Его одежда была порвана, но голос оставался ледяным.
— Неужели второй по силе Разрушитель, сам ледяной Аказа, боится?
— Признаю, это было неожиданно. Но не делай поспешных выводов.
---
Тем временем в сердце ОФМ царил привычный порядок. Идиллия была разорвана в одно мгновение. Небо над столицей располосовали шесть гигантских порталов. Из них, выползли «Немезиды» флота заражённых.
Город погрузился в хаос. Включились сирены, но масштабное вторжение уже началось. С кораблей-левиафанов посыпались десантные капсулы и поднялись эскадрильи истребителей. Мостовые трескались под тяжестью боевых машин.
Все силы обороны были брошены в бой. Кёджир, Сайрон, даже изрядно потрёпанный, но восстановленный Локдаун — все сражались, отбрасывая волны заражённых. Но этого было мало.
На флагмане вражеского флота, на самой высокой точке, стояла фигура. Её силуэт был до боли знаком Блэку. Тёмные волосы, развевающиеся ленты, охваченная пламенем рука... но пламя было не чёрным, а тёмно-фиолетовым, и от него веяло космическим холодом и пустотой.
---
Арима лежал в груде обломков, прикованный к земле сковывающим его лёд. Аказа медленно приблизился, глядя на поверженного врага.
— Ты сильный противник. Но до меня не дотягиваешь. Хотя... ты мне напоминаешь кое-кого. — Он сделал театральную паузу. — Только имя вспомнить не могу... Вроде... Манто?
Имя прозвучало как последний щелчок в замке. Пружина, что годами сжималась в груди Аримы, сорвалась.
Он начал подниматься. Лёд вокруг него треснул и испарился. Аказа, удивлённый, сделал шаг назад, его взгляд стал осторожным.
Арима поднял голову. Его левая щека начала трескаться, как старый фарфор. Клочья плоти и искусственной кожи отлетели, обнажилась сияющая, бирюзовая энергия ядра миров. Две энергетические нити вырвались из-под кожи, унося в воздух излишки мощи.
«Он поглощает окружающую энергию?!» — с чистейшим ужасом подумал Аказа, отступая уже по-настоящему.
Раны на теле Аримы затягивались в мгновение ока. Его левая рука содрала с себя человеческую оболочку, обнажив ту же пульсирующую энергию, что жидким огнём потекла по прожилкам в его клинок, заставляя его светиться ослепительным, неестественным светом.
Сила, данная Создателем, была отпущена с цепи.
Глава 11: Последняя ледяная песнь
Столица ОФМ пылала. Небо почернело от дыма и прожекторов, выхватывавших из темноты кошмарные очертания «Немезид». Воздух гудел от взрывов, треска разрядов и предсмертных криков. Война пришла в самое сердце цивилизации.
Кёджир носился по улицам, его пылающая катана оставляла за собой лишь дымящиеся обломки заражённых. Рядом Сайрон, его двойные клинки мелькали с невероятной скоростью, создавая вокруг себя смертоносную зону.