– Как ты с ними общаешься?
Моментальное решение пришло ему в голову, и он приступил к действию до того, как осознал все риски.
Глаза Степаны расширились, она дёрнулась и отстранилась.
– Что происходит?!
Девушка инстинктивно присела и пальцами коснулась висков.
– Общаются. Здесь.
Инцелл надеялся, что смог передать ей послание. Она подняла на него глаза.
– Я не буду тебе так отвечать! Уйди!
Он разорвал трансляцию.
– Извини. Я просто хотел показать.
– Надо было предупредить!
– Ну да. Только тогда ты вряд ли расслышала бы меня – я не умею, как они. Нужно, чтобы ты была расслаблена. Но всё равно извини, – завершил он.
Она опять сердито глянула на него и отвернулась.
– Ладно, ты тоже меня извини, – выговорила она. – Ты ведь должен был мне это показать. Я сама теперь так смогу, это нам пригодится.
Мысль о том, что кто-то ещё пытается управлять их жизнями, вдруг стала чуть более переносимой: теперь у них был общий секрет – их суперсила.
«О чём она думает? Зачем это может пригодиться?» – подумал он.
Он поймал мгновение, когда глаза Степаны чуть расширились, и перебил её возражение:
– Им от меня что-то нужно. Именно от меня – не от кого-то другого. Я боюсь, что…
– Что?! – с нажимом спросила она.
– Я просто думаю, что… Ты тут не затем, чтобы я чувствовал себя комфортно.
Она едко подняла брови.
– В общем, я общался тут с одним... – он поморщился. – Типа «товарищем». Он вёл себя так, словно меня даже не собираются о чём-то просить.
– Они возьмут то, что им нужно так или иначе, а ты тут – как бы гарантия моего повиновения.
Степана вдохнула, чтобы что-то сказать, но Инцелл выставил ладонь вперёд.
– Это просто догадка, они пока ничего такого не сделали, чтобы так думать. Я просто сужу по их поведению. Для здешних мы – пустое место, диковинка, это видно по их реакции. Только тот, кто меня тестировал, вёл себя иначе, но… хуже. В смысле – как будто я для него инструмент.
– Так и чем это отличается от остальных?
– Я же сказал: для других мы диковинки, а для того… Пока хватит об этом, мне надо идти.
– Подожди.
– Не могу.
– Постой!
Инцелл остановился с недовольным видом.
– Тебе нужна стратегия, – сказала Степана.
Он грустно улыбнулся.
– Я только-только до этого всего додумался, пока шёл к тебе. Какая уж тут стратегия, если у нас нет ни малейшего представления, что здесь происходит и кто эти люди.
Он промолчал о том, что они ещё не были достаточно умны, чтобы на равных играть в игры с этими людьми.
– Я пойду с тобой, – сказала она.
Тут Инцелл ощутил в себе силу, которую непроизвольно вложил в свой голос.
– Нет.
Чтобы смягчить впечатление от своего тона, он добавил:
– Я не хочу всё испортить, понимаешь? Если мы их разозлим или сделаем что-то не так, нас просто отправят обратно в Москву, и мы там сгниём, – в голове мелькнуло, что скорее их вообще выкинут в космос. – Я не хочу этого ни для тебя, ни для себя. И за родителей тоже страшно. Пока они на нас не нападают, пусть всё идёт как идёт. Хотя бы первое время, ладно?
Степана поколебалась, но всё же кивнула.
– Мы с тобой теперь можем, если что, выйти на связь в любой момент, – сказал Инцелл.
Он немного солгал, потому что ни он, ни тем более Степана вряд ли смогут «нащупать» друг друга вне поля зрения обоих, но слова прозвучали успокаивающе.
Инцелл помедлил. Подошёл к девушке вплотную и провёл пальцами по её руке от плеча до кончиков пальцев.
За дверью её каюты Инцелл остановился и сосредоточился на поиске нужной локации. Слово «Суперординация» было для него пустым, и он надеялся, что сможет найти её простым запросом в невидимую базу данных виртуального навигатора.
После десяти минут топтания на месте усилия оказались вознаграждены: появилась уже знакомая оранжевая линия. Он очень надеялся, что путь будет проходить через узел с транспортными кабинками, потому что проложить этот маршрут самостоятельно было выше его сил.
После долгого топания по бесконечному коридору он оказался на площадке с уже знакомой высокой стеной, за которой был транспортный рукав с капсулой. Немногочисленные великаны смотрели на него с опаской, некоторые даже ушли с площадки, что вызвало внутри Инцеллада не злорадство, а скорее стыд, потому что теперь он был не просто любопытным дикарём, а опасным варваром, которого пустили в цивильное пространство. Хотя какого чёрта, не его вина в том, что он таков. Подумав так, он ощутил, что его плечи согнуты, и расправил их.