Высокий остановился и повернулся к стене. Там обозначилась и с шипением отъехала дверь, и высокий, согнувшись, вошёл внутрь. Инцелл подошёл к проёму и сквозь него увидел ту же комнату, где неприятный человек обычного роста тестировал его по прибытии на станцию. Стараясь не озираться и выглядеть спокойно, он вошёл в проём и увидел то же, что и несколько условных дней назад: матовый металл вокруг, стол на четырёх ногах, только в этот раз тот человек не сидел за столом, а стоял неподалёку, прислонившись к стене, скрестив руки на груди, и постукивал носком ботинка по полу. Инцелл по его взгляду понял, что тот ведёт с кем-то невербальную беседу.
Несмотря на неприятные эмоции, которые вызывали этот человек и это место, Инцелл всё-таки заметил перемену в своём восприятии. Он смотрел на всё более спокойно, мир выглядел объёмнее. Он попытался понять природу этой перемены и с удивлением понял, что чувствует себя гораздо увереннее.
Дверь за их спиной с тихим шипением вернулась на своё место, провожавший их охранник остался снаружи. Инцелл бегло окинул помещение взглядом. Кроме них со Степаной и главного охранника, тут никого не было. Преодолевая напряжение, Инцелл сделал несколько твёрдых шагов к столу, оказавшись с противоположной от неприятного человека стороны. Офицер безопасности отклеился от стены и навис над столом. Способность этого нависания неприятно поразила Инцелла: тот был почти одного с ним роста, но каким-то образом заполнял собой гораздо большее пространство, чем занимало его тело. Тот посмотрел Инцеллу в глаза. Инцелл ждал невербального контакта, но тот произнёс свой вопрос вслух:
– Для чего она здесь?
Инцелл приложил усилие, чтобы не перевести свой взгляд на Степану.
Вопрос этого человека неожиданно поставил его в тупик, нахождение девушки рядом с ним казалось ему естественным.
Осушающую паузу оборвала Степана:
– Я здесь потому, что намерена отправиться на Землю вместе с Инцелладом, – заявила она.
Не отрывая взгляда от глаз Инцеллада, безопасник на одну сотую миллиметра склонил голову. Он не воспользовался невербальным контактом, но его взгляд и так передавал Инцеллу, что он дурак.
Инцелл и сам на секунду подумал так же, ведь он ещё и соврал Степане, но она пришла сюда по своей воле… Нет, ему просто хочется, чтобы она была здесь, признался он себе.
– Полагаю, вам уже сообщено всё, что вам полагается знать по части вашей миссии. Моя задача – проследить, чтобы вы выполнили всё в точности так, как того требуют обстоятельства.
Офицер игнорировал Степану. Инцелл инстинктивно чувствовал, что та злилась, и понимал почему, но надеялся, что она сейчас не начнёт задавать вопросы, ответы на которые ей не понравятся. Она уже очень скоро узнает, какого именно характера помощи ждут от него эти люди, но пусть она узнает это не так.
Как именно будет правильно, он не знал.
Но неприятного разговора не случилось. Дверь за их спинами снова с мягким шипением отъехала, и в проём один за другим вошли двое.
Инцелл привык называть обитателей станции великанами, но объективно те были уязвимыми и хрупкими из-за тонких костей и смещённого центра тяжести. Инцелл вдруг понял, что с самой первой встречи с одним из них, с тем самым, который впервые привёл его в эту комнату, он подсознательно не воспринимал их как угрозу, по крайней мере в физическом смысле. Эти двое были другими. У них был тот же неестественный рост, но пропорции тела были правильными, а мускулатура, которая виднелась под синими комбинезонами, не оставляла сомнений в том, что при прямом столкновении с ними пострадать может и боевой механизм, если такие тут были. Они двигались практически синхронно, формы вытянутых лиц, цвет глаз и волос были абсолютно идентичны, это были близнецы. Но присмотревшись, Инцелл поразился тому, насколько разными они были: несмотря на абсолютно идентичную внешность, только слепой мог бы спутать одного с другим. Взгляд – то, что позволяло легко отличить одного от другого: один смотрел интенсивно-оценивающе, лёгкий стежок его взгляда обжигал как плазма, а второй смотрел внутрь себя.
Один вид этих людей, способных разорвать его туловище пополам голыми руками, по идее, должен был внушить страх, но Инцелл ощутил искреннее любопытство, он даже забыл, что скоро его ждёт физическая смерть.
Ещё одна деталь, которую он мельком отметил: ткань их комбинезонов. Дело было не только в тёмно-синем цвете, хотя они были первыми и пока единственными, кто его носил, но и в том, что эти комбинезоны были сделаны из ткани, а не бумаги, как у остальных. Даже офицер безопасности носил комбез из плотного бумажного материала. Это сближало их с Труханом, но всё-таки дистанция между ними сохранялась, всё-таки это были комбинезоны, а не та странная одежда, состоящая из двух частей: мягкого клетчатого материала на туловище Трухана и плотной голубой ткани на его ногах.