Охота оказалась не слишком удачной. Стоило из-за трех вурдалаков тащиться в недельное путешествие! Деревенский староста расписывал обуявшее их бедствие так, что я рассчитывал, как минимум, на стаю лесных трясинников. А там всего-навсего на тракте троих путников убили и, ограбив, прикопали под кустом. Разумеется, неупокоенные тела постепенно превратились в вурдалаков. Но живности в лесу было полно, и твари нападали на людей только тогда, когда те вторгались на их территорию. Собрались бы мужики всем селом, вооружились бы дубьем, и осталась бы от вурдалаков одна зола. Ибо как их окончательно упокаивать любой неграмотный крестьянин знает. Зачем им Охотник понадобился? Да еще и расплатились эти сквалыги частично продуктами.
— Нартар? Давно не виделись. Надолго в наш город?
Ну вот. Не успел я пересечь границу Хлаеппо, как тут же объявился Мортис собственной персоной. Уже успели ему донести о моем прибытии. Интересно, он теперь постоянно меня контролировать будет? Всего-то один раз и подебоширил в трактире. Разбил пару морд и одну кружку. Что мне теперь, до конца своих дней из леса нос не высовывать?
— Я на пару дней. Охота не слишком удачно прошла, и с деньгами у меня не очень. Попробую сбагрить кому-нибудь вурдалаков на ингредиенты. Или хотя бы в обмен на боевые зелья.
— С последним вариантом могу помочь, — хмыкнул Мортис. — Есть у меня… знакомый алхимик. С деньгами там тоже туго, но по обмену договориться можно. Качество гарантирую. К тому же, тебя даже не заставят потрошить вурдалачьи тушки, как в прошлый раз. И на постоянный сбыт ингредиентов можешь договориться. А то и работать по заказу.
— В чем подвох? — заподозрил неладное я.
— Это женщина.
— Издеваешься?!
— Рекомендую.
— Рекомендуешь, значит…
Я много путешествовал и много чего повидал в своей жизни. Доводилось сталкиваться и с женщинами-алхимиками. Редко, но доводилось. Удачно выскочившая замуж девица оплачивала контракт мужниными деньгами, получала диплом бакалавра и открывала лавку зелий. Если, конечно, вообще не забрасывала свое ремесло (что случалось гораздо чаще). Ни одна из таких встреч удовольствия мне не доставила. Одна мирессин запомнилась мне особенно — у нее все было розовым. Вообще все. Одежда, обувь, украшения и даже обстановка в доме, включая диванные подушечки. Ужас! После часа общения меня тошнить начало от всего этого великолепия. Да еще и мирессин попалась… с заскоками. В обморок упала, когда я голову выползня достал. Можно подумать, что она зелья только из цветочной пыльцы варит!
— Она действительно профессиональный алхимик? — кисло уточнил я.
— Можешь не сомневаться. Девчонка умудрилась получить диплом бакалавра, и сейчас отрабатывает контракт. Она варит очень качественные зелья и мази. И артефакты с амулетами, кстати, неплохие делает.
— Ну… давай посмотрим, что там за чудо такое.
Вообще-то рекомендация от Мортиса дорогого стоила. Не знаю, как остальным, а Охотникам он всегда советовал только самых лучших специалистов. Понятно, что за одни только красивые глазки диплом бакалавра не дадут. Да и школу закончить — это серьезные усилия нужно приложить. Я, например, итоговые экзамены не сдал. И лет пять истреблял всяческих тварей, сначала расплачиваясь со школой, а затем пытаясь получить степень бакалавра. Однако даже рекомендация Мортиса не могла повлиять на мое (не самое лучшее) мнение о женщинах-алхимиках. Представительницы этой профессии мне встречались… своеобразные. Больше озабоченные тем, чтобы показать собственную значимость, чем реально работающие. Раздражающая манерность, каша в голове, взрывы эмоций на пустом месте, тупое самодовольство и непреходящее чувство собственной охрененности, особенно по сравнению со всякими мужланами.
Первое, что меня удивило — мы подъехали не к дому, и даже не к лечебнице, а к мрачной груде камней. Насколько я знал, место это считалось «нехорошим» и даже отсутствовало на городских картах. Официально этой территории не существовало, а потому никто не нес ответственность за тот бардак, который здесь творился. Ну, до тех пор, пока похороненные без соответствующих ритуалов мертвецы не начинали терроризировать город. Лет пять назад я убил здесь трех куколок, четырех выползней и одного вурдалака. И думал, что снова смогу подзаработать, поскольку твари, наверняка, вновь расплодились. Сам Мортис и подопечные его клана не горели желанием лезть на «нехорошую» территорию, а Тимрис, единственный из городских Охотников хоть как-то владевший некромантией, насколько я знал, сбежал в действующее войско.