В общем, сумка была забита под завязку, и я совершенно не удивлён тому, что среди купленного (причём, на личные деньги, а не гильдии) хлама нашлись и ночнушки. До этого на девушках я их не видел, был слишком сосредоточен на других вещах.
— Вы опять уходили куда-то, Кир-сан, — прищурилась Рин, угрожающе обмотав мою шею хвостом.
— Ночью мы вас не хотели трогать, но теперь вы должны нам всё рассказать, — важно покивала Айра.
С её губ сорвался небольшой, потешный рык, после которого комнату гостиницы покрыло чем-то похожим на энергетическую купол. Он, что удивительно, стабилизировал окружающее пространство, не давая мне так просто проскользнуть между булок реальности, и вместе с этим выступал чем-то вроде шумоподавителя.
Айрочка действительно если не полностью стала женщиной, то очень к этому близка. Правда, настоящие женщины своих мужчин держат намного более коварным способом, тут же была обычная магия околобожественных существ. Вот познакомится Айра с законодательством моей родины, и сразу поймёт, как нужно правильно действовать. От своей бывшей одной я сбежал только чудом, так бы против меня ополчился весь мир.
— Я ходил за легендарными штанами, — сказал чистую правду я, заинтересовано прислушиваясь к их эмоциям.
Девушки непонимающими переглянулись.
Странные ролевые игры, конечно.
Честно говоря, довольно сложно игнорировать тот факт, что моя шея регулярно становится жертвой пахнущего какими-то травами лисьего хвостика. Всё же, перед ним я был слишком слаб.
Не слушая возмущения своей лисодевочки, довольно схватился за него, начав откровенно жмакать.
— К-кир! Кир, подожди…
Она даже неформально ко мне обратилась. Довольно сощурился.
Растерявшаяся моему напору девочка-волшебница рефлекторно потянулась за советом к лежавшей неподалёку шляпке, но сама не заметила, как окружающее пространство её…
Подтолкнуло.
Прямиком в мои объятья.
«Область Пустоты» позволяла мне не только свободно перемещаться по пространству. Это лишь самый верх этой способности, которую мне нужно будет познавать ещё очень долго.
Лишь бы вселенная дала мне время на передышку. Зажрался, конечно, но хотя бы на месяц.
— К-кир-доно…
Девушка к такой подлой атаке точно не была готова, попытавшись вырваться, что для обычного человека могло быть и смертельно, но я просто напомню:
Уровень: 54
Ролевые игры только начинались. Новые легендарные штаны, несмотря на весь творящийся звиздец, подарили мне слишком хорошее настроение.
Как мало радостей нужно обычному мужику, а?
Верховные Богини общались между собой намного меньше, чем могло показаться на первый взгляд: зная друг друга сильно больше тысячи лет, проживая в одном мире, в какой-то момент наступает банальная усталость. Богини знали друг друга просто слишком хорошо и лишний раз друг к другу не лезли, однако это был тот случай и та ситуация, когда встреча была просто необходима.
На самом деле, за последние годы они встречались просто неприлично часто, и обе Богини были этому не сказать, чтобы рады.
Нимра, находясь за пределами материального, постучалась в дом к своей сестре. Ответ не заставил себя ждать, и вскоре Верховная Богиня уже осознала себя посреди золотого сада.
Богиня прикрыла глаза, чувствуя, что ей опять становится плохо. За одно это длинноухая Богиня готова была плеваться ядом её самых опасных растений. Такое издевательство над природой!
Она не могла к этому привыкнуть и уж точно не могла принять. Ни через сто лет, ни через тысячу.
Запоздало Верховная Богиня услышала, как её сестра чему-то возмущается. Почувствовав любопытство, не имея возможности в личном пространстве своей сестры использовать божественное восприятие, девушка неспешно пошла по золотому саду в направлении голоса. В местах, где ступала её нога, золотой цвет окрашивался в зелёный.
Она могла это контролировать, но ступать по золотой траве ей было практически физически больно.
Сад вывел её к беседке, где Амари любила коротать свою бессмертную жизнь за чаепитием. Сказать, что ситуация Нимру удивила, значит ничего не сказать.
— Что это значит, Мира-тян⁈
— Я не смею смотреть на вас, моя Богиня! Ваш лик недосягаем для смертных, поэтому!..
— Ты… ты издеваешься над своей Богиней!..
— О Богиня, простите эту жалкую смертную!