— Мой хозяин благословлен лично нашей единственной, истинной Богиней, — улыбнулась мягко женщина. — Прошу вас, Мари-сан.
— Если после этого ты не отпустишь Рин, то пожалеешь об этом, — прикрыла глаза женщина, направившись к порталу. Картинка на той стороне разлома смазывалась и искажалась. — Мы все об этом пожалеем.
— Я ведь не настолько глупа, — хмыкнула Рена.
— «Герои»… Всегда одно и то же… — устало пробормотала женщина, направившись к порталу. — Я буду ждать твоего спасения, чудовище.
Это было последнее, что произнесла Мари перед тем, как её поглотил пространственный разрыв. За Мари к разрыву подошла Рена.
Я догадывался, что будет дальше.
— Почему ты всё ещё не отпустила Рин⁈ — сорвалась на крик Айра.
Пожалуй, Рена впервые позволила нам ощутить свои настоящие чувства. В нос ударила такая мешанина всего, что в полной неадекватности суки можно было больше не сомневаться.
— В том проклятом поселении должны были погибнуть все, — оскалилась женщина. — И моя любимая племянница в первую очередь! Морус де Нокс Ар-сама поймёт, почему…
Пространственный разлом захлопнулся. Рена удивлённо моргнула, после чего её идеально срезанная голова отсоединилась от тела, покатившись по земле. Дрожащая Рин упала на колени.
— Я опоздала, — поклонилась Кёко. — Мне очень жаль.
Тяжело передать, насколько моя внутренняя пустота, близкая к тому, чтобы окончательно сорвать мою и так шаткую крышу, охренела.
Сердце пропустило удар. Я почувствовал, что моё тело вновь стало скорее живым, чем мёртвым.
— Ты прощена.
Моя сила же, вопреки чувству спокойствия и облегчения, что испытала каждая частичка моей сущности, вырвалась таким бурным потоком, что угрожала поглотить весь город.
Я уже себе пообещал, что так просто душу рыжей суки не отпущу.
В руке материализовался тапок.
Рыжие… Они всегда вызывали у меня самые яркие, сука, эмоции.
— Для меня честь встретиться с вами, Мари-сама, — глубоко поклонился Морус.
Прямо перед ним висела закованная в магические цепи Мари, вызывая у него лёгкое чувство ностальгии. А ведь ещё совсем недавно он выслеживал и охотился на прямого потомка Первого Призванного Героя!
Время так быстро шло, как же оно мимолетно…
Лицо Мари совершенно ничего не выражало. Полное безразличие.
— Я создам для тебя меч. Только достань необходимые материалы.
Морус кашлянул в кулак.
— Прошу прощения?
Мари устало вздохнула, понимая, что её булочная осталась без владелицы и управляющего надолго.
А она ведь так хотела приготовить сегодня особые пирожки с повидлом…
— Я говорю, что создам для тебя меч, больной демон. О чём ты думал, угрожая убить женщину того, кто может уничтожить весь наш мир?..
Морус, справившись с удивлением, важно поправил цилиндр на голове.
— Боюсь, Кир-доно не оставил мне выбора, Мари-сама. Но не волнуйтесь, Рена достаточно благоразу…
Демон осёкся, над чем-то серьёзно задумавшись. Его глаза расширились.
Вот дерьмо.
Глава 42
— К-как похитили⁈ — переспросила ждавшую возвращения Мари Тора. — М-мари-доно же…
Лоля упала на колени, потеряв любую волю к жизни.
Это, наверное, был первый раз, когда мне было жалко злобную «взрослую» маленькую девочку.
Объяснение ситуации заняло какое-то время. Мы все были мрачными, у меня в душе происходил такой кавардак, что я готов был стереть нахер с лица земли какой-нибудь город, и я даже не мог сказать, образно ли. Впервые в этом мире кто-то умудрился вызвать у меня такой животный страх и гнев, встряхнув получше любого миксера.
В руке таилась сущность одной пытавшейся вырваться всеми силами души, что лишь больше меня раздражало. Хотелось душу суки разорвать на куски и отправить в Пустоту, но, к счастью, самого худшего не произошло, из-за чего я умудрялся контролировать себя. Моей психологической стабильности в том числе способствовала живая и полностью здоровая лисодевочка, пытавшаяся, сама находясь в шоке, успокоить как меня, так и Айру.
Словно этого мало, припёрся местный «большой босс». Им оказалась самая настоящая волкодевочка. Такая, лет тридцати на вид, с серьёзным взглядом успешного менеджера. Удивляться приходу официально одетой суровой волчицы было уже тупо слишком для моей психики, поэтому приняли мы её намного спокойнее, чем могло показаться изначально.