Разговоры были о всяком. О непредсказуемости жизни, тривиальности человека как живого существа, о музыке, живописи, театре. На все темы Василий отвечал так, будто бы ему хватило лет, чтобы во всем этом разобраться. Через пару заходов спиртного, Федя начал мямлить.
– Вот если есть Бог, и он такой всемогущий, то почему бы ему просто на просто не оживлять всех, кто умирает? Вась, ну вот в чем прикол его всемогущности, если он никак не может влиять на нас, людей. Почему он заставляет нас страдать, когда мы теряем своих близких? – он начал размахивать правой рукой, облокотившись левой о стойку, – вот если б у меня была возможность воскрешать всех вокруг, я бы без колебаний всех воскресил.
Закончив свой монолог, Вася перехватил инициативу. После нескольких заходов он выглядел так, будто вообще не пил.
– Ты бы не смог никого оживить, – сурово заявил он.
– С чего это ты взял?!
– Ты всех ненавидишь.
После этой фразы, на лице Феди выступило удивление.
– Да ладно тебе, – Федя похлопал собутыльника по плечу, – это же все шутки.
– Разве? Для меня все как раз серьезно, – он устремил свой пронзительный взгляд на Федю, – ты ненавидишь человечество, из-за этого и не сможешь. Такой способностью может обладать лишь человек, который внутренне любит людей.
– Вась, ну ты че взъелся?
– Молчи, дай договорить, все равно не вспомнишь нихера, – он опустошил еще один стакан, – так вот, продолжим. -Бог хоть и всемогущий, но большинство своих способностей явно утратил. А все из-за чего, как ты думаешь?
– Он возненавидел человека?
– В большинстве своем да, возненавидел. Но надежда в нем все еще живет – она существует, – Василий заказал еще стакан, – скоро будет последний шанс доказать ему, что ваш вид не настолько опустился за все эти века.
Он выпил стакан, и вернул его для повтора на стойку.
– Вась, я не понимаю, – Федя наклонился вниз, прибив свои ладони к лицу.
– А ты и не должен ничего понимать, жучара никчемная, – Василий похлопал склонившегося Федю по плечу, – я просто хочу тебе выговориться, а потом посмотрим как пойдет.
Вася откинулся назад, и начал вещать.
– Если ты хороший, умный, и заботливый парень внешне, но внутри ты эгоист и мразь, у тебя никого не получится воскресить. Для того, чтобы любить, нужна немыслимая для обычного человека сила. Когда-то вы все могли быть такими, но какая-та бракованная тварь решила повести всех остальных к обрыву, и после ее смерти вы все равно движетесь туда, не пытаясь сопротивляться, -еще порция, – благо появился недавно один, кто может доказать Богу, что с человечеством еще не покончено. И это радует.
В этот момент Федя оторвал свои руки от лица, поднялся, и выпалил.
– Он типо наш мир своими открытиями спасет?
Вася взглянул на него с недоумением. Этот человек явно может стать ему полезным. Улыбнувшись, он спросил.
– А ты на кого учишься, Федь?
– Следаком пойду, шваль всякую ловить
– И к кому в помощники сначала пойдешь?
– К лучшему – Константину Воронихину
– Воронихину? Почему же он лучший?
– У него раскрываемость самая высокая по области, да даже по стране. Вон у нас городок славный – бармен лучший, и следак лучший, ха, – он взял стакан с напитком желтой жидкости, и выпил ее, – ой, бодрая вещь.
– Прямо все преступления раскрыл?
– Да, совершенно все. Говорят даже, что он как демон какой-то, будто бы чует эту шваль бандитскую.
– Интересно… а за последнее время не было никого, кто мог бы его обвести вокруг пальца?
– Неа, всех находит.
– Значит появится, – ответил Вася, – как раз совмещу приятное с полезным.
– Чего?
Вася резко схватил Федю за голову, и со всей силой ударил о барную стойку.
Федор вернулся из воспоминаний в мир реальный. Тому была еще одна причина. Свет в помещении зажегся. У выключателя стоял Василий. Он держал палец у выключателя, при этом взгляд его был направлен на своего друга. Выражение лица демонстрировало полную отчужденность и безразличие.
– Федь, вот зачем ты все усложнил? – он подошел к нему, присел на корточки, и положил обе руки Феде на колени. – Я же хотел по-доброму с тобой поступить, а ты вон как, чет пронюхать решил, – Василий с заискиванием глядел в испуганные глаза Феди. Увидев страх в его не до конца заплывших глазах, Вася встал, и направился к столу справа от Федора.
– Где мы вообще находимся?! Что ты собираешься со мной делать?!
– Не истери, я тебя убивать не собираюсь, наверное.
– Наверное?! Ты блядь из ума вышел?!
– Как ты любишь задавать вопросы, – Василий тщательно рассматривал и выбирал что-то на столе, – меня всегда бесила эта твоя черта.