– А ты все так же остаешься серьезным и высокомерным? – девушка продолжала тереться об Константина, поддерживая зрительный контакт. –Хотя чего это я, ведь именно из-за этого мы и расстались, – она остановилась, и повисла на своем клиенте, – ты не меняешься.
– Если я изменюсь, моя цель не будет достигнута, – он положил свои руки девушке на талию, а затем спустил их ниже, – ты же знаешь, как это для меня важно.
– Ох, Костик, добром это не кончится, я уверена.
– Я знаю, Серафима.
Константин знал, что он может себе позволить произнести ее имя, ведь Серафима является лучшей в этом заведении только благодаря тому, что у нее есть особый подход к клиентам. Начальство, по началу, не хотело давать возможности ухажерам Ангела нарушать правила, установленные для всех клиентов, но за те суммы, которая приносила Серафима своему начальству, они решили позволять ей все, что было нужно.
Танец был окончен. Серафима слезла с Воронихина, расположившись у него под рукой.
– А мы ведь с тобой могли бы еще попробовать, ты ведь знаешь об этом.
– Пока я не закончу дело, никто из нас не сможет быть свободен, пойми это.
– Может, ты оставишь это все, и мы с тобой будем жить где-нибудь за городом, подальше ото всей суеты. Забудем обо всем, что было с нами до этого.
– Вряд ли я смогу забыть то, что происходило вокруг нас все наше существование.
– Понятненько, – Серафима прильнула к груди Кости, и они вместе лежали с закрытыми глазами, вслушиваясь в тишину. –Люблю тебя.
– И я тебя люблю, Сима.
Глава 32
Холодная осень все еще властвовала над окружающим миром. Погребенная в глубокий сон земля казалась вовсе мертвой, не подающей надежды на то, что из нее может что-то произрасти. Мокрые ветви деревьев, переплетаясь между собой, создавали зловещее ощущение выжженности и гнетущей тьмы, с каждой секундой становясь все больше и больше. Но любой из идущих по парку понимал, что несмотря на вид столь запущенный и покинутый, внутри каждого клочка земли, внутри каждого деревца таилась жизнь, которая так или иначе вырвется наружу, и будет радовать окружающих.
Такие мысли часто приходили в голову Борису, когда он прогуливался по парку в одиночку, выискивая заблудшие души, покинувшие тела своих животных хозяев. Теперь же ему составляли компанию отец, Кристина, и, что более удивительно, мама Кристины. Женщина была не из робкого десятка, поэтому Николай с Антониной быстро нашли общий язык. Чего нельзя было сказать о молодых.
На протяжении всего времени, проведенного вместе, между потенциальной парой нависала некая застенчивость, скованность в мысли, и следственно, в словах. Они оба были зажаты, не знали с чего начать беседу, ведь никто из них не хотел показаться занудным, или чересчур тупым. С поколением по старше таких проблем не возникало.
– Ребят, что вы такие молчаливые сегодня? Мы вон в вашем возрасте такими не были.
– Да у нас и время было другое, не то, что сейчас.
И правда. В те времена для получения информации необходимо было завести прямой контакт с носителем информации – с этого и начиналось общение. Люди были более сходчивы друг с другом. Сейчас в эпоху открытого поиска через интернет, потребность в живом общении пропадает.
– Гляди так скоро и разговаривать разучимся, всё в своих телефонах текстики строчить будем.
– Антонина Семеновна, не нужно сгущать краски. Они молодые, у них вся жизнь впереди, вот и стесняются проявлять инициативу. Наше время считайте уже прошло.
– Скорее всего, ты прав, Николаша.
Прогулка длилась буквально три часа. Что же они делали все три часа на улице в столь пасмурный день, спросите вы? Они гуляли. Наслаждались всем, что мог уловить каждый из их органов чувств: запах мокрого асфальта после дождя, шум еще поющих птиц, вкус тяжелого мяса, приготовленного в забегаловке неподалеку от парка.
Эти люди знали – жизнь мимолетна. Необходимо наслаждаться каждой деталью, подаренной им от Бога. Хоть Борис теперь и понимал, что смерть можно откатить назад, за несколько лет до этого он размышлял о том, что сам он не «мистер бессмертный». Его жизнь закончится так же, как и у тех, кого он не посчитает нужным воскресить и вернуть на свет сей грешный.
Подойдя к дому, где жили Кристина и ее мать, кавалеры принялись прощаться с милыми дамами.
– Спасибо вам за эту приятную встречу. Мы будем чрезмерно рады встретиться еще раз, – сказала Антонина
– С одной из вас я буду встречаться регулярно на работе, так что…
От этой фразы, сказанной Борисом, в компании пролетел тихий смешок. Антонина Семеновна зашла в подъезд, а Николай, распрощавшись со всеми, пошел на свою работу, объяснив это тем, что из-за депрессии он ее запустил, и не появлялся на месте достаточно давно. Кристина с Борисом остались наедине.