Павел привык решать и переживать проблемы в одиночестве, скрываясь на людях под улыбчивой и всем довольной маской. В нем была только одна вина – боязнь сблизиться с Дианой не только телом, но и духом. Он прозрел в понимании собственной ошибки, ведь мало слиться с человеком физически – важно соединиться ментально. Тогда любые материальные и духовные проблемы можно одолеть вместе, не разделяя их на свои и чужие. Немного погодя, Павел достал из своего кармана пачку сигарет, закурил, и продолжил беседу.
– У меня батя был, – он всхлипывал, – серьезный такой мужик, ничем его нельзя было пробить. Даже когда я у него родился, он ничуть не подобрел. Говорил все время: «Борись сынок сам, никто тебе не поможет, да и ты никому не должен помогать. Бери свое, не думай о других». А я его слушал мудака, и так слушал, что мы с ним маму и довели, – Павел сделал глоток дыма, – он ей изменял постоянно, а на крики и обвинения матери отвечал только: «да что ты понимаешь то, женщина, если б не я, то так и была б одна на всю жизнь». –Я только сейчас понимаю, что он ее толком и не любил, а так, по случайности меня заделал.
Павел рассказывал Боре свою историю, тем самым копая в глубины своего подсознания, находя и искореняя проблемы, находившееся внутри все это долгое время. Он поведал о том, как по лекалам отца творил все что вздумается: как приставал к девочкам, использовал их; как издевался над теми, кто не мог позволить себе делать то, что он мог себе позволить. Павел еще с детства стал таким, но только благодаря своему отцу. Они оба были причиной того, что произошло в итоге.
Павел рассказывал про свою маму, и как сильно он ее любил. Он боялся авторитета отца, поэтому принял решение не показывать свое истинное отношение к ней. Последствиями такого решения стали показное безразличие, и вскоре смирение с той сущностью, которая в нем засела. Кончил он свой рассказ про матушку такими словами:
– В итоге она и померла – наложила на себя руки, – он еще раз вдохнул дым от сигареты, – безразличие сука, потакание авторитету.
После вылитой наружу боли, ему стало легче. Он почувствовал себя живее чем обычно. В нем снова начала зарождаться жизнь. Павел вновь заплакал, но уже не так как в прошлый раз. Он плакал от счастья, что наконец нашелся человек, которому он мог открыться полностью, и не пожалеть об этом.
По окончанию беседы Павел принялся проводить Бориса до ворот усадьбы. Стоя вместе с ним у выхода, он обнял свое творение, и поблагодарил за все что сегодня произошло между ними.
– У тебя действительно талант лечить людей, парень, – с улыбкой на лице произносил свой отзыв Павел, – ты можешь и моего сына подлечить немного, чтобы он не повторял моих ошибок?
– Я как раз собирался к нему, вы не знаете, где я могу его найти?
– С мамой дома, наверное, сидит, играет в игры, можешь туда сходить.
Борис попрощался с Павлом и отправился к очередному звену цепи, тем самым приближая себя к главной цели своего замысла.
Павел же после ухода Бори не пошел обратно в дом, а лег на свой зеленый, на самом деле искусственный газон, и, переминая пальцами фиктивную траву, подумал.
«Нужно поскорее заменить этот ширпотреб на настоящую зелень. Так будет намного лучше»
Глава 39
Борис еще не успел постучать в дверь квартиры, как тут же она отворилась и на пороге появилась мать Антона – Зинаида. Зина была простой женщиной, без каких-либо заоблачных амбиций. Она не приемлила в доме физического насилия, но перманентно проявляла насилие моральное: крики, ссоры, унижения своего чада. Все это ежедневно присутствовало в жизни их семьи. Как и Павел она принялась встречать Бориса со всеми возможными почестями.
– Проходи, Борь, – Зина начала одеваться, – ты к Антону?
– Да, я хотел бы с ним поговорить, он сейчас дома?
– В своей комнате сидит, – она тяжело вздыхала, – в игрушки свои играет.
– А вы надолго уйдете?
– Та не то чтобы, – Зина замялась, – в магазин за продуктами быстренько сбегаю.
После ухода Зинаиды Борис направился к комнате Антона. Приоткрыв дверь, он тут же встретил сопротивление.
– Я же тебе сказал не заходить в комнату, когда я играю!!! – Антон продолжал играть в свою новенькую игру на консоли, не отрываясь от экрана, – какого фига ты меня не слу…
На входе в комнату оказалась вовсе не мать. Оценив обстановку, изучив гостя взглядом, он принялся дальше играть. Борис зашел в комнату.