Глаза Галии округлились от моего обещания. Наверное, представила себе караван верблюдов, подходящий к подъезду нашего дома, навьюченный подарками для семьи Ивлевых. И как Фирдаус небрежным жестом показывает, что и верблюдов мы себе тоже можем оставить… В общем, переживать перестала — в конце концов, это всего лишь один чемодан с подарками… То ли еще будет, как я обещаю…
Следующая проблема возникла, когда она начала из этого чемодана подарки для Маши отбирать. Отобрала чуть ли не полчемодана, потом всплеснула руками:
— Нет, ну это же явно тоже слишком много. Что же ей на самом деле подарить? У неё же всё есть…
— Галия, да успокойся ты, наконец, — рассмеялся я. — Ну не в состоянии ты ничем удивить дочь дипломатических сотрудников высокого ранга. Ты совершенно права, у них всё есть. Прихвати с собой то, чему была бы рада любая из твоих подружек, у которых нет статуса Машиных родителей. И поверь мне, этого будет вполне достаточно. Маша же всё-таки в Советском Союзе учится и прекрасно знает, что тут легко достать, а что нет. И оценит подарок по достоинству.
И вообще, главное не подарок, а главное — внимание, оказанное имениннику, в нашем случае — имениннице. Мы же придём к ней на праздник, значит, его продемонстрируем, и Маша знает, что мы не богатая арабская семья, поэтому вовсе не ожидает от нас чрезмерного количества дорогих подарков. Как раз нечего ее шокировать тем количеством, что ты уже набрала…
Мои рассуждения опять помогли жене успокоиться, и она сноровисто отобрала из нагромождённой кучи несколько вещей, тут же уложив их в модный целлофановый пакетик, который тоже приехал вместе с чемоданом.
И тут меня осенила мысль:
— Послушай-ка, Галия, а ведь ты была права в самом начале нашего разговора. А к чему нам такое количество чемоданов? Мы же в самом деле скоро квартиру ими загромоздим. Может быть, начнем решать эту проблему прямо сейчас, раз и повод есть подходящий. Давай один из этих чемоданов на колёсиках как раз Маше и подарим? Очень сомневаюсь, что у кого-то ещё в Москве найдётся такой же чемодан.
— Так-то вроде бы ты и прав… — задумалась Галия. — Чемоданы действительно эти редкие, и у никого больше я их не видела. Но представить, что мы с ним припрёмся к Маше на день рождения, всё же никак не могу. Больно громоздкий он… Ты лучше давай лишние чемоданы по родственникам раздаривай. Ахмаду вон подари, он постоянно путешествует и дальше путешествовать будет. Работа у него такая. Отцу моему тоже можно подарить, да и твоему отцу. Бабушкам бессмысленно, конечно, они никуда не выезжают.
В прошлом году Эльвиру чудом на море вытащили, а теперь она наотрез отказывается ехать. Мол, ты Галия тогда была беременна, вот я тебе и помогла, а теперь зачем мне с тобой тащиться на это море, — явно передразнив Эльвиру, сказала жена.
Ну да, был у неё такой разговор перед поездкой на море в этом году. Я её тогда попросил с Эльвирой переговорить, мало ли снова захочет поехать, места там достаточно у пани Нины, но толку с этого всё равно никакого не получилось.
— Хорошо, по близким родственникам, так по близким родственникам. Давай, как эпидемия у нас закончится, так и пойду раздаривать, — сказал я.
— Нет, лучше всё же к каким-то датам приурочить. — не согласилась жена. — дни рождения, Новый год тот же самый. Если просто так подаришь, тоже не поймут, с чего вдруг притащил, — сказала Галия. — Нечего людей смущать.
— Ну как скажешь, — пожал я плечами.
Ну а что — пока еще есть куда чемоданы эти складывать… Четыре комнаты это все же четыре комнаты, да и не обжились мы еще имуществом так, чтобы все шкафы уже заполнить. Да и предвижу, что, когда малые чуток еще подрастут, начнут они гонять эти чемоданы по комнатам в качестве больших игрушек. Дочка моя так в будущем баловалась часто, и сыновья, уверен, такую возможность развлечься не упустят… Для вестибулярных тренировок неплохое упражнение…
Разговор наш прервал звонок в дверь. Подхожу, открываю, и с огромным удивлением вижу на пороге Шанцева.
Он тут же аккуратно делает шаг назад и говорит:
— Паша, здравствуй! Рад был бы тебя обнять, но Ахмад запретил. Вернее, Поля. Я же у них остановился. Говорит, у вас тут эпидемия ветрянки, боятся Алироевы, что я принесу заразу и ребёнка заражу. Так что давай я тебе через порог просто огромное спасибо скажу за то, что ты сделал. Да и пойду обратно к Ахмаду.
Четко так все сказал, даже я бы сказал, преувеличено четко. Как и положено человеку, который уже на грудь прилично принял, и опасается, что слова путать начнет… Ну и запах тоже был соответствующий…