Лариса молча потягивала шампанское из пластикового стаканчика, и её серые глаза блестели от еле сдерживаемого смеха.
Я же не могла понять, что весёлого в том, что девушка беременна.
Милана, тяжело вздохнув, поставила руку, согнутую в локте на столешницу и, оперев голову в ладонь, смотрела на Нюшу усталым взглядом.
– А Литвин хоть в курсе уже, что с тобой встречается? – спросила она гостью.
– Опять мне не верите, да?! – глаза девушки наполнились слезами, а губы задрожали от обиды. И мне вдруг Нюшу стало так жалко, что аж сердце защемило. – Это всё от того, что мы не афишируем наши отношения? Неужели непонятно, почему мы скрываем их?! Его все хотят на себе женить! Если девчонки узнают, что он меня любит, то меня со свету сживут своей завистью. Мне житья в университете не дадут!
– И поэтому, ты ходишь по общежитию и всем ваш секрет рассказываешь? – в высокомерном изумлении подняв брови, произнесла Аня. – Интересный способ хранить тайну отношений. Я о таком первый раз слышу.
Нюша обвела собравшихся за столом девушек полным отчаяния взглядом, но когда посмотрела на меня, то, заметив на моём лице сочувствие, облегчённо вздохнула.
Я верила ей. Милана рассказывала, что этот Литвин влюбляет в себя девушек и Нюша точно его очередная жертва. Почему Милана и Лариса не видят, что мажор просто задурил этой девушке голову, соврал ей про любовь, попользовался ей, а она ему искренне верит?
Нюша, заметив, что я на её стороне, ближе пододвинула ко мне стул и заговорила уже только со мной. Спросила, как меня зовут, и на кого я буду учиться. Потом она рассказала о себе. Её полное имя было Наташа Мягкая. Учится она на втором курсе, на том же факультете, что и я. Предложила мне вместе ходить в университет. Я согласилась. Мне она показалась искренним открытым человеком. Обрести ещё одну подругу, да ещё близкого ко мне возраста – только в радость.
– Смотри. – Нюша извлекла из кармана смартфон и, открыв на нём страничку в соцсетях, показала мне: – Вот что мне Литвин сегодня прислал. Ты ведь знаешь, кто такой Литвин? – уточняя, спросила она меня
Я кивнула
– Читай, – она протянула мне смартфон.
Это была Наташина страничка в инстаграме. Под её фотографией шли комментарии. Все хвалили её за удачное красивое фото. И только один подписавшийся со скрытой иконкой, но с именем Иван Литвин, не просто её хвалил, а признавался в любви.
Дословно написано так: «Ненаглядная моя девочка! Я смотрю на твоё фото и умираю от тоски. Вспоминаю твой голос, и сердце рвётся, так хочется услышать его снова. Ты сейчас так далеко от меня, словно мы с тобой на разных планетах. Но я весь мир с ног на голову поставлю только бы быть с тобой. Сердцем я уже рядом. А вскоре буду и телом. Ты единственная моя. Моё необыкновенное чудо. Жди меня».
Я протянула Нюше телефон.
– Как-то слишком много пафоса в его словах, – сделала я свой вывод от прочитанного признания. – Немного странно такое читать, да ещё в комментариях…
Я ещё не договорила, как моя собеседница с раздражением выхватила у меня из рук свой гаджет.
– Ты мне тоже не веришь? – скривилось от обиды её лицо.
– Конечно, верю, – поспешила её заверить. – Я этого Литвина лично не знаю и вряд ли когда-нибудь с ним даже заговорю, поэтому раз ты говоришь, что вы встречаетесь, то, значит, так оно и есть.
Нюша довольно и счастливо сверкнула глазами. Я взглянула на Милану. Она смотрела на меня и улыбалась.
– Вот тебе и первая подружка в университете, – наклонившись ко мне, тихо произнесла Милана. – Только не привязывайся к ней сильно, милая. Для первого разочарования в людях Нюша сгодится. Слишком больших проблем она тебе не доставит, а общаясь с ней – опыта наберёшься. Научишься отличать правду от вымысла.
Я молча кивнула, соглашаясь, но сама я не была согласна с мнением Миланы и остальных девушек, скептически смотревших на Нюшу. Мне никогда бы в голову не пришло врать о такой вещи, как беременность. Это слишком серьёзно. С такими вещами не шутят. Ведь через несколько месяцев ложь вскроется и как потом людям в глаза смотреть? Нет, Нюша говорит правду. А вот в том, что её любят, я сомневалась. Но я могла и ошибаться.
А потом Новикова задала такой вопрос:
– А кто та новенькая, из-за которой Виталик с Ромкой вчера подрались? Краем уха слышала, но въехать, в чём там дело, некогда было. Одни говорят, что из-за тебя, Милка, они подрались, другие, что это новенькая виновата.
– Это из-за меня, – смущённо покраснев, ответила я. – Меня так же Милана зовут. И фамилия у меня Золотарёва. Вот и возникла эта путаница.
Тут Лариса посмотрела на меня так, словно первый раз за вечер увидела. С интересом прошлась взглядом по мне с головы до ног.
– Девственница ещё? – задала она мне нескромный вопрос.
Я залилась краской.
– Да, а что?
– Ничего, – проявляя ко мне всё больший интерес, ответила Лариса. – Скоро перестанешь ею быть. Виталик поможет тебе научиться трахаться. Спасибо потом ему не забудь сказать. Он добрый парень. Да и Ромка тоже ничего из себя такой. Но лучше его первым любовником не брать. Он только о своём удовольствии думает. Впечатления от первого секса может испортить.
– А мне Милана советовала с ними не связываться, – ответила я Ларисе на проявление такого участия ко мне. Ответить ей, что мне эти парни не нравились, я постеснялась.
Глаза Ларисы вспыхнули азартом. Она бросила на мою соседку такой взгляд, полный азарта, словно подбивала её на что-то.
– Вот как? – широко улыбнулась Лариса. – Стареешь Милка, стареешь, – протянула она насмешливо. – Неужели тебя так история с Валевским подкосила, что ты теперь в добрые самаритянки записалась?
– Я в такие игры больше не играю, – холодно ответила ей Милана. – Не смей даже думать о том, чтобы залезть на мою территорию. Испортить ещё одного человека я тебе не позволю. Ищи себе нового папика или развлекайся у Стаса, а в общаге не смей трогать хороших девочек. Я с тебя глаз не спущу, знай это.
– Ладно, ладно, – примирительно засмеялась Лариса. – Мне сейчас не настолько скучно. Ты когда чайник с тостером заберёшь? – меняя тему разговора, спросила она Милану.
– Себе оставь, – отведя взгляд в сторону, ответила Милана. – Хватит мне о них напоминать каждый раз. От постоянных уколов мозг к чувству боли привыкает, и они становятся безболезненными. Зря стараешься. Уже ничего не болит. И у него тоже.
– У тебя – да, – улыбнулась Лариса, – в это я поверю. А вот у него крышу до сих пор срывает. Влюбился в проститутку и назло тебе стал таким же. Ещё немного и я получу то, что хочу.
– Обломаешься, – с презрительной улыбкой ответила ей Милана. – Он теперь никого не сможет полюбить, а тебя и подавно.
– Посмотрим, – самоуверенно ответила Лариса.
Вскоре Нюша заторопилась уходить. Ей, как и мне, смысл разговоров более старших девушек не совсем был понятен. Ясно, что они завуалированно оскорбляли друг друга, и мне такое общение не нравилось.
Лариса мне к концу вечера совсем разонравилась, и я даже пожалела, что ела её торт. Аня тоже у меня вызывала негативные чувства. Так открыто, без стеснения, как будто это обычное для неё дело, говорить о своих намерениях стать содержанкой? Ужас! Какие только девушки бывают, оказывается. Я о таком даже не подозревала. Думала только в сериалах, которые мы с мамой смотрели, такие меркантильные особы встречаются. А оно оказывается и в жизни есть.
И Лариса такая же, как и Аня. Дружить с такими девушками мне точно не стоит. А вот с Нюшей хорошо, что я познакомилась. Может, помогу ей, поддержу её в трудную минуту, когда до неё дойдёт, что она богатому мажору не нужна.
Но я надеялась на лучшее, конечно. Ведь как было бы здорово, если бы этот Литвин взял на себя ответственность, как настоящий мужчина и женился на девушке, которой сделал ребёнка. Слова-то красивые он умеет писать. Но вот судят мужчину по делам. И пока дела незнакомого мне Литвина говорили, что он нехороший человек. Грустно, что Нюша связалась с ним.