Вот и сейчас, бросив взгляд на мертвого копейщика, тело которого повалилось на землю окончательно, Рей вновь активировал Рассечение. Но вложил в него несколько меньше энергии. Это было заметно невооруженным глазом – бирюзовое сияние вокруг гильфарового кинжала стало гораздо менее объемным и ярким.
Парень поднял вторую руку и клинок в ней засиял тем же светом. Он успел подумать лишь о том, что должно быть, выглядел при этом довольно эффектно, ведь гвардеец перед ним, уже начал медленно отступать.
Рей же, с толикой интереса наблюдал за тем, что собирается делать этот воин.
Парень сделал один шаг вперед и вместе с элитником назад попятились и остальные солдаты.
Вновь на лицо Рея наползла немного странная улыбка, которая больше напоминала звериный оскал. По крайней мере, воины перед ним не видели в этом выражении лица, частично сокрытом тенью не менее жуткого капюшона, ничего иного. Лишь ощерившегося в их сторону зверя, готового к броску в любой момент.
С вспышкой зеленого света Рей рванул вперед, наткнувшись на навык, который до этого уже видел. Воин выставил перед собой меч, перед которым мгновенно образовалась полусфера прозрачного щита.
Парень усилием воли вложил в навык в правой руке больше энергии и тот вспыхнул будто свеча, зажженная посреди темной комнаты.
Навыки столкнулись совсем не громко – лишь странное шипение доносилось от места, где два разноцветных света пересеклись. Кинжал в руке Рея замер, не сумев продвинуться дальше, но руки воина все равно дрогнули. А потом дрогнул и щит. Всего на мгновение он смог сдержать натиск Рассечения. Кинжал врезался в выставленный вперед меч, растеряв часть своей силы, но парень сразу же сделал шаг назад.
Могло показаться, что гвардеец заблокировал атаку и, видит Богиня, на это и надеялись стоявшие рядом с ним товарищи. Но стоило им моргнуть, и шлем с оранжевой эмблемой распался. За ним надвое разъехалась и голова уже давно мертвого мужчины.
«Рви, Цесс.» - наконец приказал Рей.
Пантера лишь этого и ждала. Мгновение, которое воины наблюдали за павшим товарищем стоило жизни еще троим из них.
Ускорением парень так и не пользовался – не был уверен, что то не станет обузой. Да оно было и не нужно. Когда атаку не может остановить ни оружие, ни лучший доспех, то, с какой скоростью она нанесена имеет не такое уж большое значение.
Глава 121
Глава 121
Поворотных моментов за последние полчаса сражения Рей насчитал целых три.
Первый, несомненно, настал, когда была отбита стена – пускай лучников на ней осталось не так много, но и этого хватило, чтобы на людских воинов внизу резко возросло давление.
Собственно, из первого вытекал уже второй момент – когда был возвращен контроль над проемом ворот. Темп боя резко пошел на убыль и лесные наконец смогли нормально перегруппироваться.
А прямо сейчас, Рей, располовинив очередного неудачливого солдата, наблюдал за третьим и, похоже, заключительным моментом этой не слишком продолжительной войны. Человеческая армия в спешке отступала. Или, вернее будет сказать, – люди обратились в бегство.
Разницу уловить было довольно просто, ведь каждый рвался к лесу, словно загнанный зверь. Строя не было и в помине, головы солдат были заполнены мыслями лишь о собственном спасении.
Да и раскатистый рев сигнального рога так и не прозвучал. Просто настал тот момент, когда бежать назад начал первый королевский гвардеец. А большего было и не надо, чтобы создать целую лавину. И этот миг в сражении был решающим, ведь почти невозможно заставить обернуться и принять бой того воина, который уже смирился со своим поражением.
Стрелы щедрым градом сыпались в спины дезертиров, но преследовать проигравших фаросцы, видимо, не собирались – ведь начали спешно укреплять прорванные ворота.
Рей же напротив, бросив слегка недовольный взгляд в сторону стены, повернулся обратно к лесу.
«Идем.» - запрыгнув на спину Цесса, он отдал кошке приказ. Пантера слегка лениво наступила лапой на торс мужчины с простреленным коленом – похоже, даже кошке эта короткая война успела надоесть.